Accessibility links

Белые пятна истории


В некоторых классных журналах из фонда Сухумского высшего начального училища имя «Берия Лаврентий» старательно вымарано

В некоторых классных журналах из фонда Сухумского высшего начального училища имя «Берия Лаврентий» старательно вымарано

СУХУМИ---В поисках живых свидетелей я выписал из классных журналов имена двух-трех десятков соучеников Лаврентия и отправился в адресный стол. Он и сейчас располагается в Сухуми в том же месте, напротив Ботанического сада. В принципе, кто-то из них и мог дожить до конца восьмидесятых, но увы. Известнейший наш краевед, ходячая энциклопедия, достопримечательность Абхазии Вианор Пачулия дал мне телефон одного пожилого мегрельца, который был и земляком Берия – из того же села Мерхеули – и учился с ним в одном училище. Правда, на два класса ниже.

Вскоре я встретился с этим человеком, фамилию, к сожалению, не помню, в его квартире, в доме по Проспекту Мира в Сухуми. Лаврентия Берия, как выяснилось, он знал все годы только издали. Но благодаря рассказам этого старожила я смог лучше представить себе атмосферу тех лет в училище и в городе. Кроме того, он сообщил, что Лаврентий снимал квартиру в доме №100 по улице Леселидзе – сейчас улица Абазинская. Кстати, и Серго Лаврентьевич рассказывает, что все годы обучения в Сухуми его отец жил вместе с бабушкой Мартой, которая снимала в городе комнату.

Из других источников я тоже выяснил, что действительно отец Лаврентия оставался жить в селе, а он сам с матерью жил в городе. Я не преминул посетить этот одноэтажный старинный домик, сложенный из разноцветных красных и желтых кирпичей и расположенный буквально в минуте ходьбы от двухэтажного здания аналогичной кладки, в котором до пожара 1995 года располагалась сухумская третья средняя школа, а в начале века то самое училище. Этот дом был известен в 70-80-е годы тем, что в нем жили в прошлом три известных брата-футболиста Эркомаишвили. Отец их тоже был когда-то футболистом.

Еще одно свидетельство получил от старейшего полиграфиста Абхазии Майора Давидовича Хахмигери. Он умер незадолго до грузино-абхазской войны, а в ту пору, когда мы с ним встретились и беседовали, в 88-ом, ему уже было порядком за 90. Майор Давидович жил на первом этаже дома по улице Лакоба, рядом с домом-музеем Нестора Лакоба. Обладая прекрасной памятью, он много рассказывал о старом Сухуми, показывал фотографии тех лет. И в частности, рассказал о своей единственной встрече с Лаврентием Берия. 20-летний Хахмигери уже был типографщиком. И вместе с ним в типографии работала его ровесница по имени Агаша.

И вот как-то к Агаше пришел мальчик лет 12-13 лет и начал клянчить несколько копеек. Тетрадки, мол, надо купить, перья, но та его погнала: «А ну, убирайся отсюда, чтоб я твоего духу не видела». И мальчик пошел из типографии не солоно хлебавши. Как позже узнал Майор Давидович, это и был Лаврентий Берия, сводный брат Агаши. «Ну и каким он вам запомнился?» - «Такой, морда полированная». «Что это значит?» - не понял я. «Ну гладкая такая морда, смазливая». Я так и не смог выяснить, что это за сводная сестра Агаша была у Берия. Сам он в автобиографии 1923-го года пишет о том, что на его попечении была глухонемая сестра и племянница пяти лет. Наверное, это какие-то другие родственники. Мне, естественно, захотелось побродить по классам и коридорам третьей школы, чтобы лучше представить себе то, что собирался описывать в рассказе. Все сухумцы, конечно, помнят это красивое старинное здание, которое сейчас возвышается напротив Сухумского кафедрального собора. Заглянул я к директору этой школы, рассчитывая разузнать, может быть, еще какую-то интересную деталь. Но та отреагировала на мой вопрос почему-то с негодованием: «Никогда здесь Берия не учился». «Подождите, - пытался возразить я ей. – Вы что, считаете, что это ложится позорным пятном на вашу школу? Если ничего об этом не знаете, так и скажите».

Описанный печально-комический эпизод перекликается с еще одним ощущением, которое я испытал в Госархиве Абхазии, увидев, что в некоторых классных журналах из фонда Сухумского высшего начального училища имя «Берия Лаврентий» старательно вымарано, а из некоторых других бумаг данные о нем вырезаны. Что хотели доказать авторы этой весьма наивной акцией, предпринятой, очевидно, в 1953-ем году или чуть позже, - ведь в остальных списках он продолжал фигурировать, - что не учился в училище? Парадокс истории. Ведь традиция вымарывания имен, будто не было в природе таких людей, когда фиолетовые пятна в учебниках превращались затем в белые пятна исторической науки, тянется из того мрачного времени, классическим выразителем которого и был сам Лаврентий Павлович.
XS
SM
MD
LG