Accessibility links

СУХУМИ---Совершенно неожиданно в эти дни одной из самых обсуждаемых в абхазских кофейнях и на интернет-форумах тем стало нечто далекое от внутренней и внешней политики и прочих серьезных вещей. А именно – откровенные фото в русском издании самого популярного в мире мужского журнала «Максим» юной 18-летней модели абхазского происхождения москвички Стеллы Трапш. Кстати, неодного экземпляра апрельского номера этого журнала в торговых точках в Сухуме сейчас не найти – все раскупили, не смотря на приличную цену – 150 руб.

Сами фото в своем жанре – «ню» – конечно, блестящие. И фактура что надо – супруге французского президента в ее лучшие годы, пожалуй, не уступит. Но для абхазского общества с его во многом патриархальным мышлением подобное событие – публикация снимков абхазки практически в обнаженном виде – уже само по себе шок. А тут еще сопровождающее фотосессию интервью со Стеллой журналиста Александра Маленкова, которое озаглавлено им «Принцесса Пэрсик» и начинается с такого представления собеседницы: это «модель любимого нами типа – с детским лицом и взрослой фигурой».

Впрочем, судя по многим ее ответам, ум у нее тоже еще вполне детский.

«Стелла Трапш – твое настоящее имя? – задает вопрос далекий, видно, от абхазских реалий интервьюер. – Больше похоже на псевдоним порнозвезды». Стелла – а имя это в Абхазии, кстати, весьма распространенное, как и фамилия Трапш, – ничуть не смущается и объясняет, что да, настоящее. «А в Абхазии все девушки такие красивые?» – следует игриво-банальный вопрос. «К сожалению, – отрезает Стелла, – красота – не самая сильная национальная черта абхазок. Но если кто любит большие носы, то там с этим раздолье».

Это замечание вызвало особенно бурное негодование среди прекрасной половины абхазского общества. Конечно, носатых среди абхазок встречается немало, как и среди грузинок, армянок и вообще на Кавказе, но и красивых девушек хватает. И конкурсы красоты регулярно проводятся. А главное – такое замечание из уст не абхазки, а какого-то заезжего путешественника воспринималось бы куда менее болезненно…

Впрочем, Стелла – наполовину абхазка, а наполовину русская. До 7 лет жила в Абхазии, а потом они с мамой перебрались в Москву. Она, по ее словам, понимает и немного говорит по-абхазски. Но когда бывает в Абхазии, ей вполне хватает русского языка: «абхазы переходят на родной язык только когда хотят что-то скрыть от приезжего».

Такое очень субъективное и поверхностное наблюдение тоже вызвало немало возмущения у читавших ее интервью в Абхазии.

И хотя она щеголяет именами любимых писателей: «Ремарк, Набоков, Хэмингуэй», вот типичные отклики в Интернете: «Какая она все же глупенькая!», «Дурочка пока!», «Мать не воспитала, как надо». Кто-то возражает: «Делает карьеру. Юная и смелая». Кто-то прикалывается: «Смэлый девушк, вах!». А у кого-то вызывает одобрение, что она не так давно на конкурсе «Лицо года» «наехала» на известную, в частности скандально известную, российскую телеведущую грузино-армянского происхождения Тину Канделаки, после чего та предсказала якобы ей будущее светской львицы. «Только нам собственной Ксении Собчак не хватало», – рассуждают в сухумских кофейнях. И предрекают, что теперь Стелла уже вряд ли решится поехать в Абхазию.

Между тем, в Интернете можно найти множество снимков Стеллы Трапш и восторженных откликов-оценок. И, как знать, может, если станет она новой Водяновой или Клаудией Шиффер, многие в абхазском обществе сменят по отношению к ней гнев на милость.
XS
SM
MD
LG