Accessibility links

ПРАГА---В постоянной рубрике «Некруглый стол» мы продолжим обсуждать сегодняшнее заседание ПАСЕ, на котором обсуждались российско-грузинские отношения.

Дэмис Поландов: Добрый вечер! У нас на прямой связи из Страсбурга вице-спикер парламента Грузии Паата Давитая и из Москвы член правления правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов. Добрый вечер, господа! Мой первый вопрос Паате Давитая. Паата, грузинская делегация еще перед началом сессии заявила, что она отказывается участвовать в обсуждении докладов, потому что Дэвид Уилшир, по идее соавтор, а реально автор одного из двух докладов встретился в Москве с Борисом Чочиевым. Объясните мне, пожалуйста, почему чиновник ПАСЕ, пытающийся разрешить затяжные конфликты, не может встречаться с одной из сторон этого конфликта.

Паата Давитая: Начнем с того, что грузинская делегация поставила этот вопрос, и на заседании фракции я перед этим вечером тоже этот вопрос поставил, и почему вопрос поставил – что грузинская делегация не будет участвовать. Начнем с того, что Дэвид Уилшир является председателем фракции европейских демократов, он в комиссии по мониторингу, что дало ему возможность провести мониторинг по выполнению резолюции. И по контролю над Российской Федерацией у него встреча должна была быть в Москве. Но Дэвид Уилшир является не только депутатом, но и представителем такой организации, как Совет Европы, а Совет Европы является субъектом международного права. После этого, когда Уилшир был в Тбилиси, у меня состоялась с ним встреча, у него были встречи в Тбилиси, в Гори, и он направлялся на территорию Цхинвальского региона. Осетинская сторона не допустила его туда. После этого он поехал в Москву, как это было запланировано, и в Москве он встретился в представительстве так называемой Южно-Осетинской республики, а именно в посольстве этой республики. Он как должностное лицо и представитель ПАСЕ, а во всех резолюциях ПАСЕ сказано о территориальной целостности Грузии, не имел права встречаться в этом здании. Я ему сказал прямо на заседании фракции, что есть неоднократные встречи в Женеве между Грузией и Россией, и там также появляются представители Цхинвальского региона и Абхазии. Так что в этом формате, когда проводятся такие встречи - пожалуйста, он мог встретиться и в МИДе России или где-то еще, но не в посольстве, в здании государства, которого не существует. Реально это было оскорблением не только грузинской стороны, но и всей резолюции, которая была принята Советом Европы. И поэтому грузинская сторона поставила вопрос, и поэтому доклад не готов, и вопрос был отложен. И даже резолюции не было. Это говорит о том, что он неправильно себя в этой ситуации повел.

Дэмис Поландов: Понятно. Паата, я предлагаю послушать точку зрения самого Дэвида Уилшира. С ним побеседовал мой коллега Коба Ликликадзе. «Я встретился с представителем Южной Осетии в офисе. Это не посольство, поскольку нет такой страны. Любые предположения, что моя беседа с представителем Южной Осетии означает признание чего-либо, что Совет Европы не признает, есть абсолютный нонсенс. Я уважаю право любого иметь взгляды. Понятно, что грузинам не понравилось то, что я сказал, и это их право. В условиях демократии каждый должен уважать право выражать свое мнение. Я рад, что они об этом заявляют в публичных беседах, а не в частных. Поскольку когда подобные заявления делаются публично, все получают возможность комментировать их. Что касается того, играю ли я в игру Москвы – нет, это не русская игра, а игра Совета Европы. Чтобы привести к концу эту трагедию, мы можем сделать только одно: чтобы эти люди общались друг с другом». Это был Дэвид Уилшир, содокладчик ПАСЕ из Великобритании. А сейчас у меня вопрос в Москву. Александр Черкасов, правозащитный центр «Мемориал». Александр, как вы считаете, конструктивно ли действует Грузия в Совете Европы?

Александр Черкасов: Грузия, к сожалению, слишком похожа в своих действиях на Россию. «Себя, как в зеркале, я вижу». Мне кажется, что слова грузинского товарища очень правильные, но немножко не по адресу. Есть несколько аспектов проблемы. Есть проблема политического урегулирования и признания тех или иных территорий. Это скорее по части ОБСЕ. Полномочия Совета Европы лежат больше в области прав человека, а не признания тех или иных территорий. И если мы говорим о соблюдении прав человека, которое обязательно для признанных, непризнанных режимов, даже для партизан, у которых нет своей территории и своих правительств, то здесь можно говорить практически со всеми. В конце концов, в прошлом десятилетии даже ОБСЕ общалась в России с представителями непризнанной Чеченской республики Ичкерии. И в общем, кажется, это было скорее к добру, чем к худу, способствовало урегулированию ситуации, хотя, к сожалению, в итоге мы тоже остались не в лучшем положении. Мне кажется, что здесь принципиальность проявлена не только излишне, но и несколько не по адресу.

Дэмис Поландов: Спасибо, Александр. Паата Давитая, вице-спикер парламента Грузии. Паата, скажите, сегодня еще обсуждался доклад Хайди Тальявини. Она опять говорила, что неправильно возлагать ответственность только на одну сторону, но при этом заявила буквально следующее: «С точки зрения миссии именно Грузия положила начало военным действиям в Южной Осетии, начала обстрел тяжелой артиллерией Цхинвали в ночь с 7 на 8 августа 2008 года. Ни одно из объяснений грузинских властей, которые могли бы оправдать эти действия, не являются действительными. В частности, как узнала миссия, не было никакого массивного наступления в Южной Осетии со стороны России, которое Грузии нужно было предотвратить атакой Цхинвали». Паата, вы возглавляли комиссию по расследованию начала войны августа 2008 года. Как вы прокомментируете эти конкретные слова Хайди Тальявини?

Паата Давитая: Начнем с того, что я полностью с ней согласен. То заключение, которое сделала парламентская комиссия, она идентично подтвердила, потому что она сказала в начале фразы, которая сейчас прозвучала, что 7-го войну начала Грузия. До этого она сказала, и это записано в докладе, что начало войны не было в августе. Была эскалация все эти годы, когда не выполнялась резолюция со стороны России как миротворца, когда в городах была паспортизация граждан в Абхазии и Цхинвальском регионе со стороны России, они выдавали паспорта Российской Федерации. Шла эскалация. Август был пик, когда начались боевые действия. И в моем же заключении сказано, что 7 августа по приказу Саакашвили вошли войска в Цхинвальский регион, это у меня записано. Но этот приказ был отдан тогда, когда российские войска появились на территории Джава.

Дэмис Поландов: Паата, но как раз Хайди Тальявини не подтверждает именно этот факт.

Паата Давитая: В ее заключении написано, что применение войск со стороны Саакашвили было переборщено. Почему? Потому что не находилось столько же российских войск, чтобы была угроза со стороны Российской Федерации. Это письменно зафиксировано в ее заключении. Я хочу сказать, что очень сложно определять Хайди Тальявини, какая опасность была в той ситуации.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG