Accessibility links

Мастер своего дела


Основные инструменты, которые используются при ковке, по-абхазски называются «ахныщна» или «три руки» - это молот, клещи и наковальня

Основные инструменты, которые используются при ковке, по-абхазски называются «ахныщна» или «три руки» - это молот, клещи и наковальня

СУХУМИ---Тимур Дзидзария начал всерьёз заниматься кузнечным делом лет пятнадцать назад. Как он сам объясняет, в послевоенное время нужно было как-то зарабатывать на жизнь. Сегодня у Тимура есть своя кузница в Агудзере недалеко от Сухума, в которой помимо него трудятся ещё несколько мастеров.

Здесь изготавливают кованые решётки для окон, различную металлическую утварь для пацхи – национальной абхазской кухни. Но, конечно, гордостью любого кузнеца является изготовление оружия, разумеется, холодного – именно к нему особенно неравнодушны абхазы. В этом ремесле сегодня в Абхазии, да и вообще на Кавказе, сложно найти мастера, который сравнился бы с Тимуром. С недавнего времени абхазский кузнец входит в гильдию оружейников России, а попасть в это сообщество не так-то просто.

“Я вступил в эту гильдию, потому что там не стоит у мастера задачи сделать вещь и продать,” говорит Тимур.

Основные инструменты, которые используются при ковке, по-абхазски называются «ахныщна» или «три руки» - это молот, клещи и наковальня. Кузнечное дело у абхазов издревле считалось священной профессией, а сама кузница была местом, где люди читали молитвы и совершали жертвоприношения богам. За горном, например, было принято зарывать большой глиняный кувшин с вином, который открывался по праздникам. Некоторые обычаи сохраняются до сих пор.

“У каждой фамилии есть своя родовая кузница. Они заходят каждый год туда всей семьей и молятся Богу,” говорит Тимур.

Также существует традиция, согласно которой абхаз, заказывая в кузнице цепь, на которую над очагом вешается котёл, она тоже считается священной, не торгуется с мастером и платит за изделие любую цену, названную кузнецом. Современные заказчики далеко не всегда разбираются в подобных тонкостях, с ними приходится долго общаться на эту тему. С другой стороны, по словам Тимура, кузнец не должен злоупотреблять правом, которое даровано ему обычаями.

“Ты, как кузнец, не должен преувеличивать ту цену, которую на самом деле стоит вещь. Ты работаешь в святом месте- кузнице и она не прощает таких вещей,” говорит Тимур.

Несмотря, казалось бы, на архаичность этой профессии, кузнечное дело, по крайней мере, в Абхазии достаточно востребовано. На отсутствие заказов в кузнице, которой руководит Тимур, не жалуются. Особенно востребованы национальные ножи. Правда, ничего общего с заводом кузница не имеет. К изготовлению каждого ножа мастера подходят творчески, вся работа делается одним человеком в ручную – начиная от ковки, включая обработку клинка и заканчивая сбором рукоятки.

“Здесь творческая идея всегда присутствует; она на первом плане,” говорит Тимур.

Кстати, здесь можно убедиться, что, как и в любом искусстве, скорость в изготовлении оружия играет далеко не определяющую роль. Начинающие кузнецы могут закончить работу над одним клинком и за две недели, тогда как у Тимура Дзидзария на это уходит порядка двух месяцев. Настоящие мастера с терпением ювелира оттачивают каждую деталь.
XS
SM
MD
LG