Accessibility links

Дикая трава Рене


Ален Рене на Венецианском кинофестивале 2006 года

Ален Рене на Венецианском кинофестивале 2006 года

Нью-Йорк, считая себя столицей синефилов, хвалится своей приверженностью к искусству кинематографического авангарда. В частности, к творчеству ветерана “Новой Волны” Алена Рене, чей новый фильм был с обычным интересом встречен знатоками и любителями.

Помните, мы с вами совсем недавно вспоминали “400 ударов” Трюффо и “На последнем дыхании” Годара, как точку отсчета начала “Новой Волны”? “Хиросима моя любовь”, замечательная картина Алена Рене, открывалась на том же самом кинофестивале в Каннах в 60-м году, что и “400 ударов” Трюффо, вместе, например, с кинофильмом “Отчий дом” Кулиджанова, о котором вряд ли вы сегодня вспоминаем. Так начиналось “великое десятилетие” в европейском кино. Собственно говоря, Трюффо, Ален Рене, Годар и Агнес Варда это были те самые четыре французских режиссера, с которых и начинается новое десятилетие французского кино. В 80-м году Ален Рене сделал один из моих самых любимых фильмов. Фильм называется “Мой американский дядюшка”: частично - иллюстрация научных теорий профессора Лабори, частично – мелодрама, частично - шокирующий научно-популярный фильм, частично - фарс и пародия на все вышеперечисленное. Это действительно одна из самых восхитительных картин, тем, кто нее не видел, настоятельно рекомендую. Сейчас Рене 88 лет и последние фильмы - “Частные страхи в публичных местах” (это его предыдущая картина) и “Дикая трава” - картины нового направления для Рене и, как всегда, неожиданно. Новый фильм, рафинированно снятый и смонтированный, постоянно меняет жанровое направление, меняет жанровую природу и легко превращается из психологической драмы в комедию или фарс. Это жанровое непостоянство обязательно должно путать зрителей, которые воспитаны жанровыми отличиями, как телевизионными форматами, и ждут от мыльной оперы - мыльной оперы, от вечерней комедии - ждут комедии. Но искусство, как известно, создает свои собственные жанровые клетки и точно так же их разрушает. Все начинается в фильме со случайности. Она, героиня, хотела купить туфли. После покупки обуви мальчишка на роликовых коньках сорвал с ее плеча сумку. Он отправился в магазин поменять батарейку в часах. Возвращаясь к машине, находит возле автомобиля кошелек. Денег нет, есть документы, ее документы. Он заинтересован, ее фотография интригует. Еще более интригует удостоверение пилота частного самолета. Так начинается странная, причудливая страсть женатого мужчины к женщине, которую он не видел и не знает, но начинает преследовать. И она, собственно говоря, отвечает на эту страсть. Как и подсказывает название фильма “Дикая трава”, сорняк - о прихотях наших характеров и наших влечений. И историю человеческих прихотей Рене рассказывает, не особенно давая нам, зрителям, подсказки. Прихоти, причуды, потому и прихоти и причуды, что мы не модем найти им объяснение. Поведение героев неожиданно, непредсказуемо. В повседневной жизни мы обычно говорим – “это - жизнь”, в кино в таких случаях мы говорим - “авангард” или “излишний интеллектуализм”. Критик “Нью-Йорк Таймс” написал очень положительную рецензию о фильме, но закончил свою статью так: “Интеллектуальная структура фильма может озадачить молодых зрителей”. Подтекст – не ходите, это слишком умно для вас. Возраст для авангарда, таким образом, смещается, во всяком случае, с точки зрения критика “Нью-Йорк Таймс”, от молодых людей к людям старшего, почти преклонного возраста, словно только они в состоянии воспринимать тонкости искусства.
XS
SM
MD
LG