Accessibility links

Кто живет в селе Митарби?


Гостеприимный дом бабушки Оли и дедушки Буду

Гостеприимный дом бабушки Оли и дедушки Буду

ДИДИ МИТАРБИ -- В Грузии в советское время вместе с Боржоми популярностью пользовалась и минеральная вода Митарби. Полезную воду разливали в одноименном селе, которое расположено в Боржомском ущелье. Из Митарби шел кратчайший путь к известной лыжной трассе скоростного спуска в Бакуриани, расположенном на северных склонах Триалетского хребта. На уровне почти 1500 метров в селах Большое и Маленькое Митарби жили в основном осетины. После конфликта 1992-93 гг. эти села фактически опустели.

Довезти из Бакуриани до осетинского села Диди Митарби согласился пожилой таксист. Путь на автомобиле занимает 10 минут, водитель сам оказался осетином. Анзор Санакоев хорошо знает эту местность, бывший лыжник, по дороге рассказывает о своей жизни:

“Я был генеральным секретарем федерации зимних видов спорта до 1996 года, потом уже у спорткомитета не было денег и ушел. Не мог дело делать и какой смысл был оставаться. Я - судья союзной категории, заслуженный тренер Грузии, а вот в старости пришлось стать таксистом. Это вершина Кохта Гора. Вот оттуда сюда идет трасса скоростного спуска, там проводились соревнования на первенство Союза, а сейчас все остановлено“, - говорит Анзор Санакоев.

Оказалось, что в Диди Митарби у Анзора живут родственники. Дожидаясь их у забора, о селе рассказывает сам:

“Селу 200 с лишним лет. А школа не функционирует. Пешком ходят, это ничего”.

На зов быстрее всех откликнулась соседка. Ею оказалась 50-летная Таня Куртанидзе. Она выросла в Патара Митарби, замуж вышла в Ахалцихе, после смерти мужа с двумя сыновями поселилась в Диди Митарби. Уже 11 лет ведет хозяйство. Сыновья недавно обзавелись семьями.

Потом к нам подошла Фати Джангабегова. В этот день Фати пораньше вышла из дома. Она направлялась к маленькую церковь Элия, это по пути в Бакуриани.

Фати показала двухэтажный дом, сказала, что это ее сестры, которая живет во Владикавказе. Она не продает его, просто на время впустили знакомых, чтобы дом не пустовал. А таких много в Большом и Маленьком Митарби.

Рядом с этим домом и живут родственники Анзора Санакоева. 80-летний Буду Тедиашвили, увидев гостей, зовет жену. Шутя говорит, чтобы прибежала. Оле Хубаевой - 72 года. Поприветствовав ее на осетинском, внезапно оказалась в ее объятиях.

Бабушка Оля показала свой дом, радовалась, что отремонтировала. Она единственная в селе, к кому отдыхающие презжают. Говорит, что не собирается у них денег брать. Ведь здесь хорошо, не шумно как в Бакуриани, а места красивее. Хозяйство помогают вести дочери, во дворе идет вода, но говорит, что за питьевой водой ходит на родник. Бабушка Оля вспоминая 90-ые годы, говорит, что неприятности ее, в отличие от ее других односельчан, обошли. Хотя один случай припоминает.

“Я работала тогда в “Буревестнике”. Меня еще с одной осетинкой Гаглойты остановили. Спрашивают: ты грузинка, да? Я отвечаю, чистая грузинка, из Земо Мачхаани приехала. Они сказали: ты свободна!”, - со смехом вспоминает бабушка Оля, и до сих пор удивляется, что не зная хорошо грузинского, так без акцента проговорила эти слова. Муж бабушки Оли объясняет - это от страха. “Сам буду Тедиашвили” на вопрос, как пережил то время он улыбается и говорит, что не испугался.

“Некоторые осетинами пишутся, некоторые грузинами. У меня написано грузин. Во время беспорядков я в селе Двири работал, меня никто не тронул”,- говорит дедушка Буду.

Главной заботой в эти дни для пожилой семьи является запас дров и сена на зиму. Пенсию они получают.

“Главное деньги были бы, торговцы и сюда поднимаются, все можно у них купить”,- говорит дедушка Буду.

А бабушка Оля на осетинском извиняется, что не успела стол накрыть, просит, чтобы к ней обязательно приехали еще раз. Ведь у нее всего есть вдоволь: и выпивка и еда. Только вот немноголюдно в ее деревне.
XS
SM
MD
LG