Accessibility links

«Медовый месяц» Абхазии и России завершен, начались будни?


Из статьи Марины Перевозкиной из «МК» создавалось впечатление, что в Абхазии ведется осознанная политика выдавливания русского населения

Из статьи Марины Перевозкиной из «МК» создавалось впечатление, что в Абхазии ведется осознанная политика выдавливания русского населения

СУХУМИ--«Конфетно-букетный» период, по выражению посла России в Абхазии Семена Григорьева, во взаимоотношениях двух этих стран – а я не раз употреблял в своих статьях выражение «медовый месяц», – которые были соответственно несколько лет накануне и год-полтора после признания Россией независимости Абхазии в августе 2008 года, рано или поздно должны были перейти в будни. А во время буден бывает всякое – и размолвки, и недомолвки, и споры…

Неизбежность всего этого была очевидна заранее. Вот, скажем, между Абхазией и Индонезией нет никаких точек соприкосновения – так зато и никаких проблем во взаимоотношениях граждан двух стран нет. Начинается государственное взаимодействие двух соседних, тесно связанных во многих отношениях стран – и, понятное дело, уже на государственном уровне начинают рассматривать существующие между отдельными представителями обоих обществ проблемы. В любом обществе же, как известно, встречаются не лучшие представители рода человеческого. Помню, как на одной из встреч российский политолог Сергей Маркедонов говорил об иных российских предпринимателях, которые приезжают и Абхазию и разговаривают здесь « с растопыренными пальцами». Помню, как в абхазской прессе не раз писалось о наших местных любителях «кинуть» деловых партнеров из России. Но чаще, к сожалению, как водится, стороны высказывают претензии и обиды «своих». И это, опять же – как водится, часто порождает негативную реакцию другой стороны.

В феврале нынешнего года большой резонанс в абхазском обществе вызвала статья Марины Перевозкиной в газете «Московский комсомолец» под заголовком «Абхазия обрела независимость… от РФ?». Президент Абхазии Сергей Багапш, отвечая на вопросы журналистов в день своей инаугурации, сказал, что на 80 процентов факты в статье верные. Я не знаю, как глава нашего государства высчитывал эти проценты и что конкретно под ними имел в виду, но лично у меня и у многих других главная претензия к Марине Перевозкиной заключалась в том, что приведя примеры отъема жилья у русских в Абхазии, она ни словом не обмолвилась о том, что обо всех этих неправовых решениях судов и о прочем уже писала абхазская пресса, причем писали, в основном, абхазы. То ли она не знала об этом (хотя вряд ли), то ли ей не хотелось жертвовать своей ролью первооткрывательницы, то ли еще почему-то, но в итоге статья ее оставляла впечатление, что в Абхазии ведется осознанная политика выдавливания из страны русского населения, и в этом участвует по сути все абхазское общество.

Обостренную реакцию на статью Перевозкиной, наверное, обусловило то, что это была «первая ласточка». Но потом эта тема в российской прессе стала уже привычной. Особенно болезненно была воспринята в абхазском обществе работа российского политолога Андрея Епифанцева. Настолько, что это имя у нас стало почти нарицательным. Человек талантливый и литературно одаренный, Епифанцев умеет подбирать факты, против каждого из которых в отдельности трудно возразить, но в целом, созданная им мозаика, производит гнетущее впечатление – словно абхазский народ ему почему-то ненавистен, и ему почему-то хочется его унизить.

Наконец, заговорили негативно об Абхазии и российские политики. В недавнем выпуске телепередачи «Познер» заявил о неблагодарности абхазов Жириновский, который, кстати, ни разу, в отличие от других депутатов Госдумы России, не приехал в Абхазию в самое тяжелое для нас время, когда у нас шла война. Впрочем, у меня никогда и не было иллюзий относительно Владимира Вольфовича, которого Абхазия изначально интересовала, разумеется, не сама по себе, а только с точки зрения имперских интересов.

Нынешний год, напомню, – это год, когда отмечается 200-летие вхождения Абхазии в состав Российской империи. Мне довелось присутствовать на организованной в феврале абхазским медиа-клубом «Айнар» беседе за «круглым столом «Российско-абхазские отношения: история и современность» с участием российских и абхазских ученых. Тогда касались, в основном непростых, нередко драматических русско-абхазских отношений в 19 веке и были едины в том, что их нельзя замалчивать. А в апреле в Сухуме представительством Москвы в Абхазии и департаментом внешнеэкономических и международных связей правительства Москвы была организована конференции «Россия – Абхазия, 200 лет вместе». И вот тут уже многим запомнилась довольно острая полемика, возникшая между депутатом Госдумы РФ, директором Института стран СНГ Константином Затулиным и абхазским историком и политиком Станиславом Лакоба. А позавчера институт стран СНГ провел в Сухуме, в новой гостинице «Атриум Виктория» конференцию на тему: «Исторический выбор Абхазии. К 200-летию вхождения Абхазского княжества в Россию».

Должен сказать, что атмосфера, в которой она проходила, заметно отличалась от той, что была раньше. Напрашивается выражение «полузакрытый режим». Характерно, что накануне поздно вечером со мной связался один местный журналист, обычно весьма осведомленный, и поинтересовался, знаю ли я что-нибудь о намечаемой на завтра, на 10 утра, встрече с общественностью Затулина и Епифанцева. Именно в таком виде просочилась к нему информация о предстоящей конференции. Я ответил, что нет.
Следует ли отнести то, что на конференцию не пригласили редакции негосударственных газет, что на ней не было сотрудников Абхазского института гуманитарных исследований, просто к недоработкам организаторов мероприятия, или они сознательно решили оградить ее от присутствия слишком широкого круга людей, среди которых могли быть и не слишком политкорректные?

Премьер-министр Абхазии, доктор исторических наук Сергей Шамба, может быть, единственный из участников конференции подробно остановился на истории. Но в основном участники конференции говорили о сегодняшнем дне, касались темы негативных стереотипов в отношении Абхазии в российском обществе. Эксперт Центра евразийских и международных исследований Казанского госуниверситета Яна Амелина говорила о муссирующихся неверных мнениях в отношении Абхазии, которые имеют место в российском социуме и в политических кругах. Журналист Марина Перевозкина подчеркнула, что за публикациями в российской прессе, в том числе и ее, а также за идеей создания российско-абхазской комиссии по спорным жилищным вопросам не стоят никакие грузинские или прогрузинские силы. «Никто не планирует массовое возвращение грузинских беженцев. Это было бы авантюрой, потому хотя бы, что никто не может дать надежные гарантии их безопасности. Проблема грузинских беженцев - предмет двусторонних переговоров Абхазии и Грузии». Депутат парламента Абхазии Батал Кобахия заявил, что в Абхазии нет никакой русофобии, а «квартирный вопрос», муссируемый в российской прессе, является чисто социальной проблемой, требующей дифференцированного подхода.

И вот тут политолог и публицист Андрей Епифанцев рубанул, что «отношение к русским в Абхазии негативное, что эта проблема существует». Он также ставит под сомнение реальную независимость и состоятельность Абхазии. Вице-спикер парламента Абхазии Ирина Агрба высказала категорическое несогласие с данным мнением. По ее словам, с 1993 года, со дня окончания войны ей не доводилось слышать подобного рода высказываний от российских экспертов. Константин Затулин также заявил, что не разделяет мнения Епифанцева по поводу независимости Абхазии. «В мире много государств, которые развиваются и состоялись, при этом достаточно зависимые как в военном, так и в экономическом плане, и в этом нет ничего странного», - сказал он. Состоявшуюся конференцию и сегодня обсуждали многие мои собеседники. Большинству очень хотелось бы встретиться лично и подискутировать с Епифанцевым.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG