Accessibility links

Грузинская оппозиция в поисках самой себя


После провалившейся попытки сместить президента Саакашвили путем массовых демонстраций весной 2009 г. и крайне неудачных для нее местных выборов в мае, грузинской оппозиции предстоит найти себя заново

После провалившейся попытки сместить президента Саакашвили путем массовых демонстраций весной 2009 г. и крайне неудачных для нее местных выборов в мае, грузинской оппозиции предстоит найти себя заново

ВЗГЛЯД ИЗ ТБИЛИСИ--После провалившейся попытки сместить президента Саакашвили путем массовых демонстраций весной 2009 г. и крайне неудачных для нее местных выборов в мае, грузинской оппозиции предстоит найти себя заново. Время для поисков пока есть: следующие выборы (парламентские) предстоят весной 2012 года. Осенний политический сезон должен был показать, на какой основе оппозиция будет заново себя строить.

Пока наметилось более четкое разделение оппозиции на две части, сообразно стратегии в борьбе за власть, и усиление умеренного крыла. Бóльшая часть сделала из практики последних лет заключение, что митинги и демонстрации с единственным лозунгом «Миша, уходи!» – путь тупиковый, поскольку Миша так все равно не уйдет. Следовательно, единственный правильный путь – подготовка к выборам. Но есть и другая точка зрения: ориентация на выборы безнадежна, потому что власть все равно не разрешит оппозиции их выиграть. Следовательно, единственно правильный путь – продолжать радикальный протест в надежде, что рано или поздно удастся собрать достаточно сердитых людей, чтобы вынудить ненавистную команду Саакашвили уйти.

То, что второй подход – по крайней мере, на этом этапе, обанкротился, показала первая после прошлого года относительно многочисленная акция на проспекте Руставели 25 ноября. Она называлась «Народное собрание», и ее лидером выступила Нино Бурджанадзе, бывший спикер парламента и соратница Саакашвили, ныне – пассионария радикальной оппозиции. Из более или менее известных партий примкнул лишь «Национальный форум», популярный среди части населения, которая любит митинги. До начала организаторы говорили, что их план действий будут зависеть от того, сколько людей придет: прозрачный намек на то, что если явка будет большая, прямо перейдут на разгон правительства. Пришло всего несколько тысяч – явно недостаточно, так что через пару часов митингующие разошлись под предлогом, что пошли организовывать комитеты гражданского сопротивления. Но, похоже, мало кто их воспринимает всерьез.

Партии первого направления объединились вокруг вполне конкретного и легитимного политического проекта – улучшения предвыборной атмосферы. Сначала восемь партий сформулировали общее видение конкретных шагов, затем они (и еще несколько) договорились со спикером парламента Давидом Бакрадзе начать регулярный процесс консультаций, результатом которого может быть принципиально новый Избирательный кодекс. Консультации будут проходить под наблюдением группы международных организаций. Неизвестно, каким будет продукт, но важна сама тональность, в которой участники начавшегося процесса комментировали его первые шаги: Бакрадзе вовсю демонстрировал уважительное отношение к оппозиции, его оппоненты не старались соревноваться в резкости антиправительственной риторики (как раньше), а подчеркивали готовность к сотрудничеству и надежду на позитивный исход.

Похоже, можно говорить об изменении политической моды. Осенние опросы показали, что популярность оппозиции резко упала, и на этом этапе она не готова на равных конкурировать с правящей партией. Но из них же стало ясно, что в стане оппозиции самыми популярными стали христианские демократы, которые отличаются от других именно последовательным отказом от радикальных методов. Эта партия, в отличие от других оппозиционеров, отказалась рвать депутатские мандаты после парламентских выборов мая 2008 года, и не примкнула к уличным акциям протеста в 2009-ом. За это ее называли псевдооппозицией, и «настоящая», т. е. более радикальная оппозиция, чуралась с ней контактов. Сегодня большинство партий говорит то же самое, что они говорили в течение нескольких лет: что одними митингами ничего не добьешься, и главное – участвовать в конституционных органах власти.

Кроме того, христианские демократы достаточно умело построили набор идеологем для критики правительства: они сфокусировались на конкретных темах, таких, как социальные проблемы (особенно – система здравоохранения), или защита религиозных ценностей, которые близки сердцам многих людей. При этом они старались не отстать от правящего Национального движения в демонстрации государственного патриотизма. Сегодня видно, что многие партии идут по схожему пути, пытаясь искать более конкретные темы.

Можно ли надеяться, что мода на цивильные отношения в политике пришла надолго? Продолжит ли партия власти уважительно относиться к оппозиции, даже если последняя станет реальным конкурентом в борьбе за власть? Поверит ли оппозиция – и, главное, оппозиционно настроенная часть общества – что «нормальными» парламентскими методами в грузинской политике можно чего-то добиться? Даст ли новая, приближенная к европейскому парламентаризму, конституционная модель, больше шансов для достижения более высокого уровня политического плюрализма? Пока рано делать оптимистические выводы. Политическая система все еще основана на противостоянии одной доминантной политической партии и слабых, разрозненных отрядов оппозиции. Но сегодня можно сказать, что не видно ни тенденции к новым революционным потрясениям, ни к консолидации власти на авторитарной основе.
XS
SM
MD
LG