Accessibility links

СУХУМИ---На последнем заседании сессии Народного собрания – Парламента Абхазии в ходе обсуждения законопроекта, призванного упростить для репатриантов процедуру восстановления их этнической фамилии (ведь, скажем, все живущие в Турции потомки абхазских махаджиров носят по документам турецкие фамилии) зашла речь и о гальцах.

Докладчик депутат Лев Авидзба сказал, что этот вопрос надо рассматривать отдельно. У носителей таких фамилий, как Тарбая, Бутбая, Иналишвили, Кишмария, записанных в документах как грузины, должно быть право записаться абхазами. «Вопрос, связанный с изменением фамилий, мы уже рассмотрели в законе о ЗАГСе, там нет никаких сложностей. Для граждан Абхазии нет никаких проблем», – заметил на этот счет спикер парламента Нугзар Ашуба.

Проблема, о которой заговорили парламентарии, не новая и у нее несколько аспектов.

Во множестве работ абхазских ученых описано, как в минувшие времена, к примеру, абхазская фамилия Алхорба была переделана в Мерцхулава, Чамба – в Есава, Басник-ипа – в Сичинава… Носителям этих фамилий, абхазам, никто не мешает вернуться к прежним, типично абхазским по звучанию фамилиям. Знаю, скажем, одну молодую сотрудницу Абхазской гидрометеослужбы, уроженку Гудаутского района по фамилии Есава, которая не раз делилась со мной намерением своим и своих родственников в селе восстановить фамилию Чамба (абхазы именно с таким звучанием и написанием этой фамилии живут сейчас в Аджарии). Но многих, мне кажется, останавливает такое рассуждение: «Мой отец, дед, прадед носили уже эту, измененную, фамилию, и будет ли хорошо по отношению к ним, их памяти отказываться от нее?» Другим же просто недосуг заниматься бумажными хлопотами или они не считают это важным…

Другое дело – жители Гальского района в старых границах, или Самурзаканской Абхазии. Хорошо известно (и тут, в общем-то, нет спора между абхазскими и грузинскими историками), что на протяжении ряда веков политическая граница между Абхазским и Мегрельским княжествами неоднократно менялась, перемещаясь то к западу, то к востоку. Как правило, вслед за этим перемещалась и этническая граница. Но почти весь XIX век и Абхазия, и Мегрелия входили в состав Российской империи, и на протяжении почти всего этого века шла миграция в Самузарзаканскую Абхазию мегрельского населения из-за Ингура, что отмечают многие современники и исследователи, в частности Константин Мачавариани. Этот процесс усилился в 1860-е годы, после освобождения крестьян Мегрелии от крепостной зависимости, когда большая часть земель там отошла помещикам.

Естественно, возникало много смешанных браков. В ходе переписей конца 19-го – начала 20 века в Абхазии самурзаканцы выделялись в отдельную этническую группу. По национальному самосознанию они были, в основном, еще абхазами, а по языку уже мегрелами. А в первые десятилетия советской власти население Гальского района стало моноэтническим – грузинским (мегрельским), за исключением части села Чхуартал.

Наверное, со стороны кто-то может сказать, что депутаты абхазского Парламента выдавали желаемое за действительность, когда рассуждали о желании гальцев вернуться к абхазским корням – поменять фамилии, национальность. Действительно, таких случаев немного, но они есть. И не только в Гальском районе.

Слушать


Вот любопытный отрывок из статьи Заиры Цвижба, сотрудницы газеты «Республика Абхазия», напечатанной в этой газете в августе прошлого года.
«Директор АбИГИ Василий Авидзба, к которому я обратилась с вопросом о том, почему они перестали выдавать документы тем, кто исторически являются абхазами, также выдвинул свои аргументы.

– Да, мы выдавали справки. И как их было не выдавать тем, например, кто носит сегодня фамилии Иналишвили или Булискерия? Это же Инал-ипа или Аблыскьир! Но людей с такими фамилиями приходило единицы, зато гурьбой за справками и желанием записаться абхазами пошли с фамилией Лордкипанидзе и другими. А на каком основании Лордкипанидзе становятся абхазами? И потом – мы же не контора, выдающая справки, а институт».
Далее в той же статье ситуацию комментирует спикер парламента Нугзар Ашуба: «Никакие справки из института не нужны. Есть закон «О гражданстве», и только им и надо руководствоваться… Если человек считает себя абхазом, то пусть записывается им, он имеет на это право».

Поговорим и о моральной стороне дела. Можно ли сказать, что большинство меняет национальность из-за соображений выгоды, конъюнктуры? Очевидно, так оно и есть. В разгар грузино-абхазской войны я встретил в Гудауте двух молодых грузинок, приехавших из Пицунды менять национальность в паспорте, записываться абхазками. Одну из них я давно знал. И знал, что у нее отец мегрел, а мать русская, никаких абхазов в роду она не имела… А уже после войны один мой родственник из Очамчыры начал слезно просить помочь ему восстановить паспорт: потерял, мол, во время войны. Но потом мне сказали, что ничего он не потерял, а изменил тогда национальность в паспорте на «грузин». Но правду сказать теперь ему было, разумеется, стыдно. В роду у него, знаю, все были абхазами, а вот жена – грузинка.

Наверное, под ее влиянием он и согласился – в целях безопасности. А потом и в СМИ в Сухуме появилась информация о том, что десятки очамчырских абхазов во время войны вот также записались грузинами. Это был, конечно, мизер по сравнению с тысячами, которые пошли воевать, но они были… Что делать? Их пристыдили, но национальность, конечно, вернули.

Но вспоминаю и такой случай. Незадолго до грузино-абхазской войны в одной из сухумских газет было опубликовано письмо старого крестьянина из Гальского района, который писал о своих абхазских корнях и желании восстановить прежние фамилию и национальность. Можно ли было заподозрить этого старика в каком-либо приспособленчестве, учитывая к тому же, что Гальский район тогда и де-факто, и де-юре входил в состав Грузии и подчинялся тбилисским властям? Конечно, нет.

А обычно доказать тут что-то никому нельзя. Национальное самосознание – вещь весьма тонкая. А чужая душа – потемки. Вот решил человек записаться абхазом, потому что у него бабушка была абхазкой, и никогда не согласится с обвинениями, что он приспособленец…

Нетрудно заметить, что мнение в обществе по отношению к людям, меняющим национальность, обычно зависит от того, к «своим» они присоединяются или к «чужим». Ну, вы же знаете: если свой, то разведчик, если чужой, то шпион; если свой, то борец национально-освободительного движения, если чужой, то сепаратист…

Но не все в абхазском обществе приветствуют данный процесс. Представители абхазской оппозиции, в частности ветеранского движения «Аруаа», не раз выражали протест против «огульных» выдачи абхазских паспортов, изменений национальности в паспорте (такие случаи были, в частности, в селе Члоу), видя здесь опасность возникновения потенциальной «пятой колонны».

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG