Accessibility links

СУХУМИ--Спорные вопросы топонимики стояли в повестке дня грузино-абхазских отношений даже в самые что ни на есть «глухие» советские времена, когда о других аспектах заикаться было не принято и небезопасно. Ну и, естественно, в так называемых «абхазских письмах», которые представители национальной интеллигенции время от времени направляли во властные структуры СССР, неизменно содержались жалобы на то, что многие исконные абхазские топонимы на территории Абхазской АССР заменены грузинскими.

Новые политические реалии, возникшие после распада Советского Союза и грузино-абхазской войны, казалось бы, навсегда отодвинули вопросы топонимики на периферию того, что волнует абхазскую общественность. В де-факто независимой с октября 1993 года Абхазии общество и власти были едины в том, чтобы распрощаться со всеми этими Октомбери, Леселидзе, Гантиади и т. д., возникшими на карте республики в сталинско-бериевское время, с грузинскими версиями названий столицы Абхазии (с 1936-го по 1993 годы – Сухуми) и города Ткуарчала (Ткварчели). Но… Проблемы в области топонимики, точнее, употребления топонимов в СМИ, документации, разговорной речи, есть и сейчас. Причем проблемы разноплановые.

В Абхазии укоренилось произношение и написание на русском языке прилагательных, образованных от новых вариантов топонимов «Гал», «Ткуарчал», без присущего русскому языку смягчения в суффиксах звука «л» и буквы «эль» – «галский», «ткуарчалский». Чего мы только с группой филологов ни делали, с какими публикациями в прессе на эту тему не выступали, приводя в качестве примеров «Уральские горы», «Байкальское озеро» и т.п., но все напрасно. Тут наверняка присутствует психологический момент: многие наши люди полагают почему-то, что «гальский» – это от «Гали», а от названия города «Гал» должно быть «галский». Причем такие есть и в высших эшелонах власти, и к ним прислушиваются все остальные. Это – с одной стороны. С другой же – масса людей, в том числе и весьма, что называется, патриотично настроенных, говорят «по старинке», используя принятые в советское время топонимы. Был даже один немолодой премьер-министр, который никак не мог привыкнуть к «Сухуму» и говорил «Сухуми», вызывая дополнительные язвительные комментарии в свой адрес. Гораздо больше народу так и не отвыкло от «Ткварчели». Еще больше сухумцев то и дело употребляют в речи довоенные названия улиц. Порой и в СМИ это проникает. Вот читаю, например, в размещенной 29.04.2011 на сайте «Абхазия. org» статье соискателя ученой степени, кандидата наук Элеоноры Узунян упоминание о сухумской улице, которая «сейчас» называется улицей Фрунзе (?). Между тем она уже почти два десятилетия называется улицей Аидгылара…

Объяснение тут простое: топонимика – чрезвычайно консервативная вещь, здесь велика сила привычки, инерции.

Что касается употребления наших топонимов за пределами Абхазии, то долгое время после войны абхазская общественность относилась к разнобою в этой сфере достаточно спокойно. Отдельные российские СМИ, редакции которых симпатизировали абхазам, писали «Сухум», «Республика Абхазия» и так далее, все же остальные придерживались «грузинской версии», и это было вполне объяснимо, так как официальная Москва поддерживала территориальную целостность Грузии в пределах Грузинской ССР. Ситуация резко изменилась после признания Россией 26 августа 2008 года независимости Южной Осетии и Абхазии. Не мгновенно, конечно, но в приемлемые сроки в России были выпущены новые географические политические карты, отражающие новый взгляд Кремля на сопредельные страны и, в частности, нашу топонимику.

Однако знакомство почти три года спустя после 26.08.2008 с практикой работы российских СМИ и самых разных ведомств и организаций, для которых словно и не существовало известного указа президента Медведева, поистине сбивает с толку. Недавно знакомый сухумец с возмущением показывал мне сопроводительные документы к только что пришедшему из одной из российских областей грузу, где значилось: «Сухуми, Грузинская железная дорога». В прошлом году попалась на глаза публикация о проведенном в России исследовании, согласно результатам которого не менее половины периодических изданий страны продолжает писать «Сухуми», «Цхинвали» и так далее, причем среди центральных изданий процент таких больше, чем среди региональных. Так, знаю, делают, в частности, информагентства «Интерфакс», «РИА-Новости» (государственное, между прочим, агентство).

Что это? Сознательный саботаж, обусловленный внешнеполитическим инакомыслием? Или просто «старое доброе» российское разгильдяйство, неинформированность и невежественность чиновников «на местах» плюс все тот же топонимический консерватизм? Наверное, присутствует всякое.

Не будем забывать, что в России проживает, как считается, около миллиона грузин, и их влияние в данном случае нельзя сбрасывать со счетов. Можно предположить, что именно с таким влиянием связан инцидент, описанный на днях в одном из тбилисских интернет-изданий: в московском магазине некий посетитель, по-видимому, абхаз, устроил «скандал», увидев, что абхазское вино выставлено в сопровождении надписи «Грузия». Но разве по существу этот покупатель был не прав, разве магазин не находится на территории страны, признавшей государственную независимость Абхазии?

А руководство одного из российских информагентств приводило, слышал, такое объяснение: мы даем написание «Сухуми» потому, что интернет-пользователи привыкли в поисковых системах именно к такому варианту, а мы не хотим терять посетителей сайта… В большинстве же случаев, думаю, преобладает элементарная неосведомленность – на предприятиях связи, транспорта и др. Попадая иной раз в российскую глубинку, я нередко сталкивался с простыми людьми, для которых наши межнациональные отношения – совершеннейшее «белое пятно», у них свои заботы. А инструкции им дают другие люди, у которых тоже свои заботы...

Впрочем, я не припомню, чтобы кто-то в абхазском обществе громко возмущался тем, что СМИ признавшей Абхазию России используют раздражающие нас топонимы и даже наших, абхазских, авторов, сотрудничающих с ними, заставляют их употреблять (когда в твоих текстах десять раз поправили «Сухум» на «Сухуми», жаловался мне один такой автор, в одиннадцатый раз уже сам пишешь, «как надо»). Может быть, потому, что содержание этих публикаций никого не раздражает… Зато в последнее время кое-кто у нас стал проявлять активное недовольство тем, что около десятка сухумских журналистов, на постоянной основе сотрудничающих с радио «Эхо Кавказа», «мирятся» с тем, что на сайте радио употребляются раздражающие граждан Абхазии топонимы и термины.

Правда, самих наших журналистов, как и южноосетинских, на радио и сайте «Эхо Кавказа» не заставляют, как фактически это делают в «Интерфаксе» и «РИА-Новости», употреблять в своих текстах грузинские варианты топонимов. Но и мы не можем заставить других авторов на «Эхе Кавказа» говорить и писать так, как мы хотим.

Это не значит, что я со всем согласен в этой практике на «ЭК». Можно было бы, думаю, обойтись без слова «Сухуми» в лиде наших текстов, которое некоторыми посетителями сайта воспринимается как авторское. Так же, как и без сноски «для самых недогадливых», которая несколько месяцев назад стала ставиться в конце текстов: «Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия». Кстати, и грузинские авторы выражали в данном случае недовольство словом «самопровозглашенные»: мол, США тоже когда-то себя провозгласили. И тут наши точки зрения совершенно совпадают.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG