Accessibility links

Кто возьмет ответственность за судьбу беженцев?


У маленького беженца из Цхинвали есть одеяло от ООН, но нет заботы от властей

У маленького беженца из Цхинвали есть одеяло от ООН, но нет заботы от властей

ПРАГА---В рубрике «Некруглый стол» мы продолжим обсуждать тему, поднятую нашим корреспондентом в Тбилиси Эдитой Бадасян. Мы пригласили в прямой эфир по телефону наших собеседников из Тбилиси и Сухуми. В Тбилиси – это наш постоянный автор, политолог Сосо Цискаришвили, а в Сухуми доцент Абхазского государственного университета Ираклия Хинтба.

Олег Кусов: Я думаю, вы знаете итоги этого исследования, и вас наверняка, как и меня, удивила эта цифра: 85% опрошенных ответили, что они не хотят возвращаться в Абхазию, если она не будет частью Грузии. Что вас удивило? И давайте поговорим именно об этой цифре.

Сосо Цискаришвили: Вообще, доверие к любым опросам не слишком велико в Грузии, потому что быть откровенным и выражать собственное мнение вслух незнакомым людям сулит неприятности, такой опыт у нашего населения есть, и тем более у беженцев. Я бы сравнил этот эфир с другим: где-то год назад мне пришлось участвовать в передаче господина Ганапольского, которая шла на Нью-Йорк, и меня удивило, что было очень много звонков оттуда. Когда мы пришли к мнению, что, конечно, не все вернутся в Абхазию, тут же получили шквал напряженных звонков: «Как? Что нам делать в Нью-Йорке, если нам нужно будет вернуться в Абхазию?» И действительно, политическая ситуация заставляет беженцев отказываться от возвращения, потому что ничего позитивного об Абхазии сейчас в эфире или в прессе не говорится. И тем более, когда слушаем наших абхазских коллег, становится ясно абсолютное неприятие абхазской стороной даже идеи о беседах на тему возвращения беженцев. Со стороны грузинского правительства тоже нет никаких шагов в направлении того, чтобы начать абхазско-грузинский диалог хотя бы на социально-экономические темы, не говоря уже о возвращении, о признании и других вещах. Беженцы - самая забытая богом категория людей, которых выселяют из одного города в другой, в зависимости от того, где предполагается увеличение протестного, так сказать, потенциала населения.

Слушать


Олег Кусов: Да, это уже внутренние проблемы. Сосо, к сожалению, мы никак не можем установить связь с нашим абхазским собеседником Ираклием Хинтба. Хорошо бы и его мнение узнать. Пока мы ему звоним, еще такой вопрос: все-таки 10% опрошенных хотят вернуться в Абхазию, даже согласившись на нынешний статус Абхазии. Что движет этим людьми?

Сосо Цискаришвили: Если определить конкретно людей из этих 10% и начать с ними подготовительную работу о возвращении, нужно договариваться с обеими сторонами. Я думаю, это по силе определенным международным организациям. Если эти люди смогут вернуться, и там к ним будет более или менее нормальное отношение, тогда процесс может пойти дальше. Но не думаю, что абхазская сторона согласится с массовым возвращением, которое может изменить демографическую картину, существующую в республике.

Олег Кусов: Этот и другие опросы помогут беженцем в чем-нибудь? Может быть, на власть повлияют?

Сосо Цискаришвили: Я думаю, представители властей должны относиться самым серьезным образом к этому вопросу.

Олег Кусов: Относятся ли они?

Сосо Цискаришвили: Не уверен, потому что в эти же дни в Грузии происходит обратное: очередные выселения беженцев из временных жилищ в Тбилиси, переселения в деревни, где нет соответствующих условий. Еще выселение большого количества беженцев из курортного городка Цкалтубо, пригорода Кутаиси, куда в будущем году перебирается парламент. И это создаст проблемы, если протестный электорат будет близок от таких зданий, как парламент Грузии. В свое время это и стало причиной решения о переносе парламента. Протестные акции вокруг парламента не давали в позапрошлом году проводить заседания парламента. Беженцы, я бы сказал, устали от такой ненормальной жизни, их поддерживают многие слои грузинского общества. С другой стороны, правительство, вместо того чтобы поддержать людей, которые хотят вернуться в собственные дома, дать им надежду на возвращение, объявляет их чуть ли не врагами родины. Это абсолютно ненормальный подход к проблеме. И когда власти не умеют и не желают вести диалог соседними странами, или с людьми, живущими на оккупированных территориях, не важно, какой будет статус, они не могут брать ответственность за судьбу беженцев. Тем более, когда, находясь на территории, контролируемой грузинским правительством, они себя чувствуют изгоями.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG