Accessibility links

Семён Григорьев: Россия заинтересована в спокойных выборах в Абхазии


Семён Григорьев

Семён Григорьев

СУХУМИ--- Корреспондент "Эхо Кавказа" Олеся Вартанян взяла интервью у посла Москвы в Сухуми Семёна Григорьева.

Олеся Вартанян: Я знаю, что вы лично отслеживаете эту предвыборную ситуацию. Об этом говорит хотя бы тот факт, что ваши представители были на последней совместной пресс-конференции в пятницу, где были и Шамба, и Анкваб, и Хаджимба. Как вы оцениваете эту предвыборную ситуацию?

Семён Григорьев: Здесь есть два момента, которые я бы выделил: с одной стороны, мониторинг за внутриполитической ситуацией в стране пребывания - это одна из функций любого посольства, с другой стороны, обязанность любого дипломата, аккредитованного за рубежом, воздерживаться от комментариев по внутриполитической ситуации в стране пребывания. Поэтому, если бы меня спросили об отношении России к происходящим здесь выборам, я бы мог что-то сказать. А комментировать саму избирательную кампанию я бы не хотел.

Олеся Вартанян: А какое отношение у России к тому, что здесь происходит?

Семён Григорьев: Россия заинтересована в том, чтобы избрание нового главы государства в Абхазии произошло демократично, в спокойной ситуации, без дестабилизации внутриполитической обстановки.

Олеся Вартанян: Видите ли вы в данный момент какие-то зачатки к тому, чтобы здесь произошла дестабилизация обстановки?

Семён Григорьев: На данный момент не вижу.

Олеся Вартанян: Означает ли ваша позиция то, что Москва усвоила урок 2004 года, когда непосредственная поддержка одного из кандидатов реально привела к дестабилизации обстановки в самом Сухуми?

Семён Григорьев: Я думаю, несомненно, в выработке своей политики в отношении Абхазии Россия учитывает весь опыт работы на этом направлении, в том числе и опыт 2004 года, конечно. Я могу сказать, что российской стороной занята позиция, я бы ее назвал, не равноудаленности, а равноприближенности ко всем кандидатам. Мы хорошо знаем всех трех кандидатов, мы знаем, что они являются искренними приверженцами развития стратегических отношений с Россией, и у нас нет оснований для того, чтобы отдавать кому-то предпочтение и тем самым влиять на выбор абхазского народа.

Олеся Вартанян: Семен Вячеславович, у вас наверняка есть личные предпочтения. Я заметила, что вы часто на людях появляетесь вместе с Сергеем Шамба.

Семён Григорьев: Я действительно поддерживаю хорошие, близкие, дружеские отношения со всеми тремя кандидатами. Вообще, в предвыборный период я стараюсь как можно меньше общаться с кандидатами, чтобы не давать повода, в том числе и журналистам, для таких выводов. Но на самом деле, поверьте мне, в довыборный период я достаточно часто появлялся на публике и с Александром Золотинсковичем, и с Сергеем Мироновичем. Может быть, это меньше происходило с Раулем Хаджимба, но, поверьте, меня с ним тоже связывают нормальные дружеские рабочие отношения.

Слушать


Олеся Вартанян: Давайте поговорим об отношениях с Тбилиси. Еще в декабре грузинские власти предъявили обвинения Москве в том, что она помогла организовать двенадцать террористических актов за последние два с половиной года. Совсем недавно ЦРУ США пришло к заключению, что хотя бы один из этих взрывов, около американского посольства в Тбилиси, был организован российским офицером Евгением Борисовым, который, кроме всего прочего, служил в Абхазии. Я почти уверена, что вы знаете детали этого дела. Мне интересно, вы как-то пытались связаться с Евгением Борисовым, или поговорить об этом с местными военными, разобраться в этой ситуации?

Семён Григорьев: Знаете, несмотря на вашу уверенность, что я знаю все детали, я могу вам сказать, что ни я, ни мое посольство этой проблемой не занимались. Это проблема Грузии, она ставится грузинской стороной перед российской на различных мероприятиях, в том числе грузинская делегация пытается поставить этот вопрос на встречах по предотвращению инцидентов в Гали перед нашей делегацией. Но наша делегация не идет на обсуждение этого вопроса на гальских встречах, потому что это встречи соответствующего формата, и там обсуждаются проблемы безопасности в приграничье с грузинской и с абхазской сторон. Я знаю, что эти вопросы грузинская сторона ставит на Женевских дискуссиях перед российской стороной. Это двусторонний вопрос между Грузией и Россией, и посольство в Абхазии имеет косвенное отношение к этой ситуации. Естественно, меня интересовал этот вопрос в том, что касается службы. Не знаю, это реальные фигуры или виртуальные, мне командование базы говорило, что Евгений Борисов в Абхазии службу не проходил.

Олеся Вартанян: А остальные люди, которые тоже из российского ФСБ, которые проходят…

Семён Григорьев: Я не занимался расследованием по этому вопросу.

Олеся Вартанян: Как вы думаете, возможно провести такое расследование? Грузинская сторона настаивает на том, чтобы хотя бы допросили этих людей, три или четыре человека, с российской стороны. Я могу назвать вам фамилии и имена.

Семён Григорьев: Мы с вами вдаемся в детали, которые я не хочу комментировать, потому что, я еще раз говорю, это не вопрос посольства России в Абхазии.

Олеся Вартанян: И у вас нет какого-то видения как у дипломата?

Семён Григорьев: Я думаю, что, если грузинская сторона хочет решать этот вопрос в двустороннем формате с Россией, он должен быть решен в двустороннем формате с Россией.

Олеся Вартанян: Так они и пытаются это сделать. Другой вопрос - грузино-российские переговоры по ВТО. Дмитрий Медведев совсем недавно сказал в интервью, что этот вопрос, в принципе, решен. Касательно таможенно-пропускных пунктов, в том числе и на Псоу. Насколько, вообще, позиция сухумской стороны представлена на этих переговорах?

Семён Григорьев: Я вам могу сказать, что с российской стороны эти переговоры ведут те же люди, которые занимаются развитием российско-абхазских отношений. Поэтому, несомненно, они учитывают позицию абхазской стороны на этих переговорах. Каким образом это осуществляется? Может быть, в контактах между МИДом России и посольством Абхазии в Москве, может быть, в каком-то другом формате. Но наверняка эта позиция учитывается.

Олеся Вартанян: А когда вы говорите, что это те же самые люди, которые занимаются тематикой Абхазии, что вы имеете в виду?

Семён Григорьев: Я имею в виду, что с российской стороны этим занимаются представители того же самого департамента, который занимается развитием отношений со всеми странами Кавказа, включая Абхазию и Южную Осетию.

Олеся Вартанян: Я бы еще хотела узнать про военное присутствие здесь. По дороге из Гали в Сухуми я увидела как минимум один строящийся военный городок. Здесь, в Сухуми, на окраине я тоже увидела достаточно большой комплекс, который строится. Я бы хотела, чтобы вы по фактам, по цифрам объяснили нам, каково военное российское присутствие в Абхазии в данный момент?

Семён Григорьев: Тут очень просто, в этом нет секрета. Я думаю, что, во-первых, объекты, которые вы видели, которые строятся, - это объекты Пограничного управления Российской Федерации в Абхазии. Пограничное управление строит несколько объектов, видимо, это где-то около полутора десятков в Гальском районе, в Ткварчельском районе, то есть во всей зоне, граничащей с Грузией. Строятся пограничные отделения, которые раньше назывались заставами. А здесь, в Сухуме, находится аппарат самого Пограничного управления, который составляет, наверное, несколько сот человек, и для него строится этот городок на окраине Сухума, который вы, видимо, и видели. А цифры очень простые, они определены соответствующими договоренностями. Около полутора тысяч российских пограничников и около трех с половиной тысяч – это российская военная база в Гудауте.

Олеся Вартанян: Вы наверняка слышали сообщения в прессе о возможном увеличении военного контингента в Абхазии.

Семён Григорьев: Для меня с самого начала, поскольку я отслеживал механизм появления этих сообщений, было ясно, что это слухи абсолютно не соответствуют действительности. Сначала эта договоренность была приписана министрам иностранных дел Сердюкову и Кишмария к встрече в Москве. Дальше было запущено обсуждение на экспертном уровне. Ну и, в общем, я думаю, что точку поставил Сердюков. Находясь в Сухуме, он ответил журналистам, что никакого увеличения контингента не ожидается. Для меня это было ясно с самого начала, потому что цифры оговорены, и не происходит ничего такого, что бы обусловило необходимость увеличения числа военнослужащих.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG