Accessibility links

Гагра была городом, где работал и жил мой отец. В летние месяцы она была и моим городом и городом моего брата. Если быть точнее, то мы оттуда и вовсе не уезжали. Есть у детей счастливый талант застревать в каникулах, в местах, где счастье, как кислород, доступно ударными дозами.

Хочу принести искренние извинения тем абхазами, которым война между нами обошлась слишком дорого, и они и слышать о Грузии не хотят. Мои извинения и грузинам, которые потеряли родных, дома, часть своей жизни, которые стали людьми «с той стороны границы» по обе ее стороны.

Кто бы мог подумать, что дикие события у нас дома перекинутся на Абхазию, что кто-то решит, что у нас есть армия и сочтет возможным вводить ее в Абхазию. В довоенные годы грузины считали неразумным ездить в Абхазию, время было напряженное, но только не для нас с братом. Наоборот, как раз тогда открылись особые каналы общения и близости, которые напрочь закрыты для многих из нас. Нас предупреждали, пугали, но мы просто не могли понять, как можно бояться абхазов. Война уже шла, а мы оставались в Гаграх и думали, что недоразумение скоро закончится.

В 92-ом мне снились жуткие сны, в которых были утопленники, замученные женщины, море цвета ржавчины, оно чернело и смывало город за спиной, но с реальной опасностью я это не связывала. Мой брат, имевший естествоведческие наклонности Паганеля+Кусто, почему-то каждый день упрямо совершал заплыв из Гагры в Пицунду в съемной лодке. Абхазы всякий раз отлавливали его в море, разбирались, приглашали вместе отобедать и с миром отпускали. Поэтому было трудно представить все то, что произошло потом. В Гаграх тогда было спокойно, вокруг плавало и летало все грузинское, и, каюсь, было приятно побыть в роли подданного Великой британской империи - жалкая и смешная тяга «маленьких» к «масштабам». Да, первые шаги грузинской независимости были связаны с очень упрощенными, примитивными подходами, и через это прошел почти каждый из нас.

Поэтому и трудно с чистой совестью корить абхазских грузин за то, что не протестовали против той войны, не проявили гражданского чувства.
Помня все это, абхазы относятся с недоверием почти к любому проявлению дружеских чувств со стороны грузин. Они не знают, что теперь большинство грузин носят в себе слова покаяния. Что мало кто захлебывается от восторга, слушая галлюциногенные речи президента. В социальных сетях видно, как наши стороны развивались порознь, но, тем не менее, удивительным образом в Грузии появились люди, спокойно относящиеся к абхазской независимости и желающие ей успехов.

Невозможно не заметить, какие интересные процессы идут в абхазском обществе. «Не смейте ничего мне говорить об абхазах, - писал недавно в комментариях бывший сторонник Гамсахурдия, - этот народ доказал, что им не безразлична судьба своей родины, что у них есть чувство ответственности и умение действовать единодушно». Я видела так же, как несколько абхазов, пользующиеся, по-видимому, авторитетом у себя дома, не дали облить грязью Паату Закареишвили некой русской даме, которая тщетно пыталась напомнить, что его трудно назвать сторонником независимости Абхазии, да и России он не друг. Нет уже в принципе границ в былом смысле и пропаганда зачахла, ибо есть интернет и при желании на другой стороне можно разглядеть лицо если (ладно) не друга, то человека честного и справедливого, не тянущего одеяло на себя.

И мне сейчас кажется, что вырисовываются признаки новой реальности и она манит новизной. Да, мы на Фейсбуке думали написать письмо соболезнования абхазам по поводу кончины г-на Багапша. Как и во многом, опоздали и тут. Я воспользуюсь другим шансом и пожелаю Абхазии такого президента, который проведет ее между Сцилой и Харибдой и поведет к настоящей независимости. Терзают смутные сомнения, что (если я хоть немного знаю свой народ) в Грузии все же оценят его усилия.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG