Accessibility links

23 ноября исполняется 8 лет событиям, получившим напыщенное название «Революции роз».

Кстати, в самом этом названии многие пламенные политологи усматривают американский умысел – дескать, разве хватило бы грузинам воображения придумать столь затейливое имя! На самом же деле все было гораздо проще, и эта метафора принадлежит не агентам ЦРУ, Джорджу Соросу, или, на худой конец, Михаилу Саакашвили, а ведущей информационного выпуска «Рустави-2» Натии Замбахидзе. Через пару часов после отставки Шеварднадзе она в прямом эфире спросила у Миши: «Можно ли сказать, что революция роз удалась?», - имея в виду то, что Саакашвили ворвался в зал заседаний парламента с розой наперевес. В ответ будущий президент восторженно воскликнул: «О, революция роз! Какое хорошее название! Так и будем теперь ее называть». Вот и все – никакого всемирного заговора с целью уничтожения грузинской идентичности...

По случаю юбилея, видимо, стоит вновь подвести некоторые итоги ноябрьских событий. Сейчас уже не имеет смысла рассказывать о реформах, модернизации, обновленной полиции, инфраструктуре и т.д. – обо всем этом уже сказано более чем достаточно. Точно также не стоит рассказывать о нарушениях прав человека, подконтрольных СМИ, зависимой от власти судебной системе - об этом сказано, пожалуй, даже больше, чем о дорогах и прозрачных зданиях полиции. На мой взгляд, куда важнее поговорить об отношении людей ко всему происходящему, так как Саакашвили рано или поздно уйдет на пенсию, а особенности политического мировосприятия грузин никуда не денутся - с ними придется считаться всем политикам в ближайшие лет 50.

В первую очередь годы, прошедшие после революции роз, показали: в грузинской политической реальности ни у одного высокопоставленного чиновника нет шансов долгое время удерживать высокий рейтинг.
Отношение к политику резко меняется после того, как он уходит из оппозиции и приходит во власть. С этого дня все его предыдущие заслуги не значат ровным счетом ничего. Некое подобие медового месяца длится примерно полгода, затем некоторое время - нейтралитет, ну а далее впору звать помощь. Его будут ругать за всё, в том числе и за вещи прямо противоположные.

Если он не будет бороться с преступностью, народ возропщет: «В чем дело, разве ради этого мы их выбирали!» Если будет, то начнут жаловаться, что слишком много людей сидит в тюрьме. Если политик оставит нетронутым коррумпированный чиновничий аппарат, в него полетят стрелы: «Ах, этих чиновников опять развелось как кур нерезаных!» Если начнет сокращения, станут рыдать: «Ах, бездушное правительство, разве можно людей так выбрасывать на улицу». Если не возьмется за дороги, проклянут за ямы, если будет строить, скажут, что на самом деле «хотят украсть побольше денег».

Если он не красит здания, его клянут за это, стоит ему начать, кривятся, какой, дескать, отвратительный цвет. Если ввяжется в войну, поддавшись на провокации соседей, его обвинят в том, будет объявлен сумасшедшим, втянувшим народ в бессмысленное противостояние, но попробуй только отсидеться в кустах - обвинений в трусости, нежелании обеспечить защиту собственным гражданам тебе не миновать.

В общем, как в том анекдоте: налево - зарежут, направо - застрелят.

8 лет после революции показали также, что наряду с этим адекватность власти также подверглась серьезному испытанию. Сегодня лицо Саакашвили расплывается в улыбке, когда толпа, очень напоминающая группу специально подготовленных клакеров, начинает скандировать «Миша, Миша», тогда как в 2003 году он на такие проявления народного обожания вообще не обращал внимания. По истечении нескольких лет любой политик, даже самый революционный, постепенно заплывает «жирком» и «бронзовеет», теряя контакт с реальностью. Смотря на сегодняшнего Мишу, начинаешь понимать, насколько были правы американцы, с чьей подачи в нормальных странах президент ограничен двумя сроками. Сегодняший Саакашвили уже не похож на себя самого образца 2003 года, и это вполне естественно. Любой самый совершенный механизм имеет свой срок эксплуатации, который рано или поздно истекает, тем более человек, тем более политик. «Хромая утка» - это ведь не только статус, но и внутреннее состояние человека, исчерпавшего свои возможности на данной конкретной позиции.

Саакашвили начал карьеру как герой, сбросивший ненавистный режим. Теперь ему нужно завершить картину, добавив последние штрихи – уйти вовремя, не превратиться в Путина, сдать позиции, не дожидаясь улюлюканья толпы, как полагается истинному джентльмену. Уйти достойно – это ведь не менее важно, чем достойно прийти.

Тем более что в Грузии уже явно наблюдается естественное явление – усталость от президента. Его бурная энергия, приводившая толпу в восторг в 2003-2004 годах, сейчас уже вызывает крайнее раздражение у большинства. Я с трудом могу представить себе, во что трансформируется это раздражение, если Миша все же потеряет достоинство и решит повторить опыт своего злейшего врага...

От его решения по поводу своей дальнейшей судьбы после 2013 года зависит не только место лично Саакашвили в истории Грузии, но и значение самих ноябрьских событий 2003 года. По моему глубокому убеждению, только уход Саакашвили после 2013 позволит «Революции роз» сохранить статус не только эпохального, но и позитивного перелома в грузинской истории.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG