Accessibility links

Андрей Бабицкий: У нас сегодня странный «Некруглый стол». Обычно в Праге один ведущий, и он дает возможность двум оппонентам, экспертам или политикам, высказать свои точки зрения на ту или иную проблему. Но сегодня мы приглашали оппонентов, одним из них должен был быть представитель Коммунистической партии Коста Коштэ, который дал свое согласие после долгих уговоров, но, к сожалению, уже в течение десяти минут наш оператор не может к нему дозвониться. Возможно, это какие-то технические сложности. Поэтому мы решили немного изменить формат, и мы вдвоем сейчас в пражской студии, я и мой коллега Олег Кусов, будем задавать вопросы югоосетинскому политику, одному из лидеров югоосетинской оппозиции Алле Алексеевне Джиоевой. Алла Алексеевна у нас на прямой линии из Цхинвали.
Алла Алексеевна, через два дня вы планируете вступить в должность президента, вы проводите инаугурацию, и ваши оппоненты, сегодня среди них достаточно много не только представителей власти, но и представителей оппозиции, говорят о том, что это мероприятие способно спровоцировать гражданские столкновения в республике. Как вы считаете, действительно ли оно является источником серьезного раздора и делит граждан республики на враждующие группы?



Алла Джиоева: Я не могу сказать, что это гражданское противостояние. Но, несомненно, это противостояние между ушедшей властью, которая хотела бы реанимироваться в любом виде, и остальной частью народа, которая 27 ноября пришла на избирательные участки и выразила свое конституционное право на выбор. К великому сожалению, это право было грубо попрано председателем Верховного суда вопреки протоколам избирательных комиссий и международным наблюдателям и, самое главное, постановлению ЦИКа, 3-й пункт которого явственно говорит: признать избранным президентом республики Джиоеву Аллу Алексеевну. Это постановление никто не отменял. Вы можете задать мне вопрос: что же делал Верховный суд? Верховный суд рассмотрел жалобу заместителя председателя партии «Единство» Яшиной, и на этом основании признал выборы недействительными. Это действо глубоко противоречит Конституции Республики Южная Осетия, закону «О выборах президента Республики Южная Осетия», и, следовательно, в соответствии с постановлением 101/37 я могу назначить дату инаугурации. Мы разослали уже массу, более 500, пригласительных. Мы пригласили абхазов, Нагорный Карабах, Приднестровье, северокавказские республики, здоровые силы в Российской Федерации, но вот только сейчас вечером к нам поступила информация, что дорога, соединяющая нас с Северной Осетией, уже закрыта для доступа сюда. Но ничего, это нам не мешает быть оптимистами, мы свое мероприятие все равно проведем, потому что мы избрали путь следования закону, и нет такой силы, которая нас от этого отвратит. Мы, конечно, в какой-то момент согласились на компромисс, это касалось соглашения, но коль оно не было выполнено, мы оставили за собой право дальше возвращаться в правовое поле.

Олег Кусов: Алла Алексеевна, допустим, мероприятие вы проведете, вас провозгласят президентом ваши сторонники, но 25 марта пройдут выборы другого президента, и получается, что в конце марта будет два президента в Южной Осетии? Это двоевластье? Как вы будете власть-то делить?

Алла Джиоева: Об этом я вам скажу после 10-го числа. Хорошо? Я не спешу все свои секреты сразу же, одномоментно выдавать. Вот 10-го у нас будет инаугурация, а после 10-го я вам еще кое-что расскажу - что будет дальше.

Андрей Бабицкий: Хорошо. Алла Алексеевна, но у меня нет ощущения, что у вас есть реальные рычаги для того, чтобы провести процедуру отчуждения, ну, хотя бы какого-то, самого незначительного объема власти в свою пользу. Это значит, что ваша инаугурация просто пройдет как митинг ваших сторонников.

Алла Джиоева: Я бы не назвала это митингом, потому что все, в общем-то, внешние атрибуты проведения этого мероприятия будут соблюдены. Другое дело, что я обратилась к Бровцеву с письмом с просьбой о предоставлении нам помещения, передачи цивилизованным путем власти, финансирования данного мероприятия, и, к сожалению, никакого ответа не получила. Поэтому мы вынуждены проводить его в нашем штабе. Да, реальных рычагов нет, но ведь в поисках истины нужно выстраивать какую-то линию поведения. Вот мы и пытаемся это сделать. Никогда победы легко не давались.

Олег Кусов: Алла Алексеевна, но ведь нет и формального повода для проведения инаугурации, ведь по закону парламент ее проводит при участии Конституционного суда, а в его отсутствие глава ЦИКа должна зачитать протокол избирательной комиссии. Вот если у вас не будет этих атрибутов, можно ли считать ваше мероприятие законным?

Алла Джиоева: Но ведь я не раз, и не два говорила, что решение Верховного суда и постановление парламента находятся вне правового поля, значит, кто-то нам уготовил нелегитимные выборы 25 марта. Другое мне непонятно: почему так много игроков оказываются вовлеченными в эту, в общем-то, противозаконную процедуру? Я так позволяю себе называть выборы 25 марта. Хотя там есть, несомненно, достойные личности, и я положительно к ним отношусь, и была бы рада их видеть на первых выборах. Но сегодня мне непонятно, ведь в кулуарах они все без исключения говорят, что решение суда неправильное. Тот же вице-спикер парламента Юрий Дзиццойты или Мира Цховребова, они ведь не раз, и не два заявляли о том, что, да, победа была чистая, она была без нарушений, но состоялся суд… Так вот потому мы и бунтуем, что этот суд, вообще-то, был глубоко преступен по сути своей, и по отношению к тем 56,7% избирателей, которые верили, что их голос для кого-то что-то значит.

Андрей Бабицкий: Алла Алексеевна, вы все время апеллируете к букве закона, а, скажите, в нынешних обстоятельствах, когда республика действительно находится в таком сложном положении, когда люди действительно разделились на разные группы, может быть, новые выборы были бы компромиссом, соглашением, а не то соглашение, которое подписано? И они бы помогли успокоить страсти, ведь, как мне кажется, победа оппозиции на новых выборах тоже была бы весьма и весьма возможна.

Алла Джиоева: Я вам хочу сказать, что на новые выборы не допустят ни одного их оппозиционных кандидатов. Там все уже давно просчитано, и механизм этого лингвистического испытания, абсурдного по сути своей, потому что владение языком не предполагает обязательного знания орфографии и пунктуации русского и осетинского языка. Это, в общем-то, глумление над личностью, я это так определяю. Ибо тот, кому первому поставили неудовлетворительную оценку, - это образованный и очень уважаемый в республике человек. И подвергнуть его этой унизительной процедуре, я думаю, очень несолидно для уважающих себя людей. Так что шансов у оппозиции поднять свой голос 25 марта практически и не будет.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG