Accessibility links

Адыго-абазинская буря в стакане


Отправной точкой так называемого раскола между абазинскими и адыгскими общественниками стало отношение к Олимпиаде в Сочи

Отправной точкой так называемого раскола между абазинскими и адыгскими общественниками стало отношение к Олимпиаде в Сочи

ЧЕРКЕССК—Разногласия адыгских и абазинских общественных деятелей в отношении сочинской Олимпиады дошли до взаимных упреков. Более того, молодежные организации национальных движений сделали громкие заявления о необходимости создания раздельных национальных проектов, не подразумевающих этнокультурных связей абазин с черкесами.

Отправной точкой так называемого раскола между абазинскими и адыгскими общественниками стало отношение к Олимпиаде в Сочи. Напомним, ряд адыгских общественных организаций выступил против проведения Олимпийских игр на земле геноцида черкесов в Кавказской войне.

«Отменить Олимпиаду, конечно, мы не собирались и не могли, - говорит черкесский общественник из Нальчика Ибрагим Яганов, - но это был реальный шанс заявить всему миру о своих проблемах, и в этот момент получилось так, что под давлением некоторых сил какая-то часть нашего этноса откололась, и вместо того, чтобы единым фронтом попытаться решить некоторые свои проблемы, мы разделились и сами начали друг другу противостоять. Там было много вопросов, которые необходимо было обсудить, но все это можно было обсудить внутри этноса. У нас есть общие организации, а вот приступать к решению внешних проблем нужно было консолидировано, чего у нас и не получилось».

Если раскол среди адыгских общественников, часть из которых поддержала Олимпиаду, был воспринят как результат давления властей или предсказуемая активность общественников в штатском, то поддержка Олимпиады молодежным крылом абазинского движения стало громким событием среди активистов, едва ли не презентацией межнационального кризиса.



В блоговом пространстве к обсуждению разногласий подключилась группа воинствующих фантазеров, человек десять, и пошло-поехало: взаимные обвинения в предательcтве, выяснения, кто у кого отнял родную землю, кто враг, а кто друг России, кто пытается ее развалить, а кто готов ее спасти и т.д. и т.п. В результате не делегированный обществом спор был раздут в виртуальном пространстве до масштабов межнациональных проблем.

Недавно по инициативе Яганова молодежные организации провели ряд круглых столов - вроде бы разобрались, и градус напряжения пополз вниз.

В общем-то, для тех, кто не является активным пользователем интернета, эта буря в стакане прошла незамеченной, но осадок остался. И этот осадок связан не отношением к Олимпиаде, а с наполнением того, что называют национальными движениями. Почему в эти неумные дискуссии не вмешалось старшее поколение общественников? Почему сферы, претендующие на формулирование национальных идей, остались без присмотра интеллектуального сообщества?

Эти вопросы я адресовал доктору философских наук, жителю Нальчика Хаджиисмелю Тхагапсоеву: «Большинству кажется, что это поле свободно, – говорит Хаджиисмель Тхагапсоев. - Там слишком много молодых и резвых, которые скачут на необъезженных конях - туда никто не придет воспитывать. Эти люди должны повзрослеть, оглянуться и что-то для себя открыть. Может быть, они сами поставят себя в такую ситуацию, когда нужно мыслить, когда свои позиции нужно не только яркими словами выражать, а все-таки убедительным смыслом начинять и аргументировать. Вектор самосознания – это вещь, которая очень долго, очень медленно, а часто и без больших авторов формируется».

В основе попыток общественников создать собственный национальный проект или, если угодно, свой национализм, лежит трагизм истории народа и стремление этноса к самосохранению. Этого достаточно для мотивации к действию, но, как оказывается, слишком мало для воплощения замысла.

«Я пока не вижу такого единого, сформулированного адыгского национализма, - говорит Хаджиисмель Тхагапсоев. - Все, что мы наблюдаем, – это неосознанные проявления аранжировки, выхода, выхлопа боли исторической памяти. Это мечущееся сознание. Есть историческая память – это часть культуры, от нее не уйдешь, но есть и политический прагматизм. Если у кого-то боль исторической памяти сильно превалирует над историческим прагматизмом, то, каким бы хорошим человеком он не был, каких бы хороших намерений он не вынашивал, он непременно принесет беду своему народу».
XS
SM
MD
LG