Accessibility links

Парламентский прорыв


 Вспоминаю, как старалась газета «Эхо Абхазии», которую редактирую, стать одной из таких площадок на рубеже девяностых-нулевых годов: у нас был создан диспут-клуб «Собеседник», в заседаниях которого, например, принимали участие все лидеры нарождавшихся по

Вспоминаю, как старалась газета «Эхо Абхазии», которую редактирую, стать одной из таких площадок на рубеже девяностых-нулевых годов: у нас был создан диспут-клуб «Собеседник», в заседаниях которого, например, принимали участие все лидеры нарождавшихся по

СУХУМИ--3 апреля, когда на первом заседании новоизбранного парламента Абхазии было сформировано его руководство, среди многих не только «заядлых» оппозиционеров, но и представителей гражданского общества, заинтересованных в самостоятельности всех ветвей власти, царило разочарование. Ведь стало ясно, что пусть не такое подавляющее, как в прошлом созыве, но, тем не менее, устойчивое большинство депутатов, которые неизменно следуют мнению исполнительной власти, будет всегда блокировать в нашем Народном собрании альтернативные предложения. Вот почему после того, как Рауль Хаджимба не прошел в спикеры парламента, его однопартийцы из «ФНЕА» не стали выдвигать его не только в вице-спикеры, но и даже в председатели комитета – все равно, мол, не изберут…

Другие возражали пессимистам, говоря, что перспектива жесткого противостояния исполнительной и законодательной ветвей власти, которое возникло бы, доминируй в последней оппозиционеры, и которое очень часто сводится к схватке за власть, кажется им гораздо более опасной вещью. На систему же сдержек и противовесов будет работать то, что оппозиционное меньшинство в парламенте весьма деятельное, креативное. Имелись в виду, прежде всего, тот же Рауль Хаджимба, Ахра Бжания, Аслан Кобахия… То есть в том, что Народное собрание, как минимум, станет важной для общества дискуссионной площадкой, можно, мол, не сомневаться.

Так и вышло. И я бы, прежде всего, отметил здесь активное использование такой формы парламентской работы, как открытые заседания комитетов. Они практиковались и ранее, журналистов на них приглашали, но в редакционных коллективах еженедельников, например, каждый раз сомневались: а стоит ли, помимо заседаний сессий, освещать каждый раз еще и комитетские, не превратит ли это наши газеты в некие парламентские вестники, освещающие чью-то рутинную работу, но не слишком интересные большинству читателей? Однако сегодня эти сомнения отпали.

Дело в том, что на заседания комитетов, как правило, выносятся узловые, волнующие общество вопросы, причем это отнюдь необязательно обсуждение законопроектов. В работе этих заседаний принимают активное участие все, как говорится, заинтересованные лица, в том числе могут высказаться и журналисты. Ну, а какое СМИ откажется освещать разговор, тема которого волнует общество и наверняка привлечет внимание аудитории?

Наличие свободных дискуссионных площадок – уже само по себе очень важно для развития государства и общества. Вспоминаю, как старалась газета «Эхо Абхазии», которую редактирую, стать одной из таких площадок на рубеже девяностых-нулевых годов: у нас был создан диспут-клуб «Собеседник», в заседаниях которого, например, принимали участие все лидеры нарождавшихся политических партий и ОПД. Но потом, когда возник раскол в обществе в связи с избирательным кризисом 2004-2005 годов, проводить по-настоящему острые дискуссии за нашим круглым столом стало в большинстве случаев невозможно: оппоненты отказывались приходить, узнав, что в разговоре будет принимать участие некто, чье присутствие его не устраивает… Большое общественное внимание привлекла выходившая во второй половине нулевых передача «Аргама» на Абхазском телевидении, но политическая оппозиция для участия в ней, как правило, не приглашалась. В конце нулевых годов попытался создать дискуссионную площадку по обсуждению острых политических вопросов бывший парламентарий Нугзар Агрба, но история этого проекта оказалась недолгой. В последние годы острые беседы за круглым столом нередко проходили на площадке АРСМИРА (Ассоциации работников СМИ РА), но тут неизбежной была однобокость: исполнительная власть эти встречи, как и встречи в рамках предыдущего проекта, в основном, игнорировала.

Парламент – это, конечно, уже совсем другое дело: попробуй госчиновник не приди на заседание комитета! А коль пришел, ему все приглашенные на заседание, а не только парламентарии, могут задать волнующие их вопросы. Вот на этой неделе в парламенте отчитывался председатель Банка РА Илларион Аргун, высказывалась первый вице-премьер правительства Индира Вардания…

Причем парламент – это ведь не только дискуссионная площадка. Когда с помощью СМИ обсуждаемые проблемы становятся достоянием всего общества, а оно начинает влиять на позицию депутата, это способствует как прозрачности работы парламента, так и гораздо большей самостоятельности в действиях и решениях законодательной власти.

…Когда это мое выступление для «Эхо Кавказа» было уже почти подготовлено, прочел сегодня другое, появившееся на сайте «Асаркьа». Вот что пишет Надежда Венедиктова: «С удовольствием признаю необоснованным свой поствыборный пессимизм в адрес нового парламента, который приятно удивляет своей активностью. Только при сильной законодательной власти, способной контролировать исполнительную, государство может развиваться полнокровно и гармонично. Возможно, мы станем свидетелями нового периода в истории абхазского государства, когда сильный президент и сильный парламент во взаимной и неподковерной борьбе смогут переломить ситуацию и создать возможности для реального развития страны».

А я с удовольствием признаю схожесть наших с ней положительных оценок активизации работы абхазского парламента.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG