Accessibility links

Уже не собственник


По словам правозащитника Фатимы Маргиевой, незаконные сделки нотариусов подкреплялись судебными решениями, чтобы впоследствии можно было сослаться на то, что истек срок обжалования вердикта

По словам правозащитника Фатимы Маргиевой, незаконные сделки нотариусов подкреплялись судебными решениями, чтобы впоследствии можно было сослаться на то, что истек срок обжалования вердикта

ЧЕРКЕССК---В республике Южная Осетия растет количество обращений в Генеральную прокуратуру в связи с мошенническими действиями нотариусов и местных судей по сделкам с недвижимостью. Многие жители Цхинвала, покинувшие республику в тяжелые времена, теперь, по возвращении домой, обнаруживают, что их жилье продано от их имени, и в нем живут новые хозяева.

По словам правозащитника Фатимы Маргиевой, незаконные сделки нотариусов подкреплялись судебными решениями, чтобы впоследствии можно было сослаться на то, что истек срок обжалования вердикта. При этом, утверждают правозащитники, были случаи, когда служители Фемиды подделывали решения от имени своих коллег, которые уже давно ушли на пенсию:

«Судья Назира Касабиева вышла в отставку несколько лет назад. От ее имени другие судьи задним числом оформляли судебные решения и заседания. Здесь у нас суды вообще не проводятся, просто оформляются заседания. Естественно, это делалось за деньги. По имеющейся у меня информации, уже выявлены десятки подобных случаев».



Жительница Цхинвала Валентина Котолова рассказала мне одну из таких историй – о своей золовке Екатерине Пухаевой, постоянно проживающей в Москве:

«Моя золовка Екатерина Пухаева живет в Москве. В 2006 году совершили сделку по продаже ее дома, а она в последний раз была в Южной Осетии в 2004 году.

После августовских событий мы решили проверить, уцелел ли ее дом, тогда мы и обнаружили, что там живут новые хозяева. Тот, кто купил этот дом, говорит, что Екатерину никогда не видели. Местный нотариус создал легенду, будто бы ей позвонила Екатерина и сказала, что согласна на продажу дома. Четыре года мы судимся, но нам отказывают в удовлетворении иска на основании якобы истечения срока исковой давности – одного года. Это мошенничество! Генпрокуратура дважды обжаловала вердикт суда, но судьи снова и снова принимают решение: срок давности - один год».

За разъяснениями я обратился в Генпрокуратуру. Генеральный прокурор Южной Осетии Мераб Чигоев ответил, что до подведения итогов проверки рано говорить об обоснованности этих жалоб:

«В Генеральную прокуратуру поступает множество обращений по работе правоохранительных органов и по решениям судов, в том числе есть и те жалобы, о которых вы упомянули, но это - неподтвержденные факты. Они требуют или подтверждения, или опровержения. Вот этим мы и занимаемся».

Сдержанность Мераба Ильича можно понять - после падения авторитарного режима Эдуарда Кокойты жители республики буквально завалили Генпрокуратуру жалобами на незаконные уголовные преследования, судебные вердикты, ущемления имущественных и других прав. И теперь генпрокурор находится под грузом ожиданий со стороны обиженных режимом людей, которые, наверное, будут судить о новой власти в зависимости от вынесенных им решений.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
XS
SM
MD
LG