Accessibility links

Правозащитники вновь заговорили о политзаключенных


Отсутствие четкого определения статуса политзаключенных давало возможность властям отрицать их существование

Отсутствие четкого определения статуса политзаключенных давало возможность властям отрицать их существование

Грузинские правозащитники вновь подняли тему политических заключенных в Грузии. У них появился новый аргумент – Совет Европы дал точное определение термина "политзаключенный". Правозащитники считают, что под принятые критерии попадают более 100 человек, которые в данный момент отбывают срок в тюрьмах страны.

Правозащитники готовят дела 119 граждан Грузии, которые могут быть признаны политическими заключенными. Организация "Бывшие политзаключенные за права человека" и ее глава Нана Какабадзе решили обратиться к грузинскому парламенту нового созыва с такой просьбой после утверждения Парламентской ассамблеей Совета Европы соответствующего термина:

"Все те дела, которые мы изучаем, уже долгое время соответствуют этим критериям, и люди должны быть немедленно освобождены. Есть и другие заключенные, дела которых еще предстоит исследовать. Мы призываем пересмотреть дела этих людей, дать им соответствующий статус, переслать их данные в Европарламент. После этого провести заново суды или немедленно их освободить".

Критерии, о которых говорит Нана Какабадзе, были сформулированы на осенней сессии ПАСЕ накануне, 3 октября. Их представил немецкий депутат Кристоф Штрассер. До этого Совет Европы, членом которого является и Грузия, не имел четкого определения термина "политический заключенный". Теперь им признается лицо, лишенное свободы "без связи с каким-либо правонарушением", но в связи с определенным политическим подтекстом. Также в эту категорию входят лица, "продолжительность и условия заключения которых являются явно несоразмерными правонарушению, в котором лицо подозревается или было признано виновным". Кроме этого, ПАСЕ называет политзаключенными и тех, с кем в местах отбывания наказания обращаются хуже, чем с другими арестантами, осужденными за схожие преступления.

Нана Какабадзе считает, что именно отсутствие в прошлом четкого определения статуса политзаключенных давало возможность грузинским властям полностью отрицать их существование в стране – и это несмотря на то, что множество местных и международных организаций заявляли о политических преследованиях.

Грузинские власти называли обвинения в задержаниях по политическим мотивам "полным абсурдом", даже несмотря на то, что о них говорилось в специальном докладе по правам человека Государственного департамента США, опубликованном в 2011 году. Впрочем, при большом желании новые обстоятельства можно без труда игнорировать и сегодня – принятие термина "политический заключенный" не является автоматическим и обязательным для всех членов Совета Европы, говорит глава Центра прав человека Уча Нануашвили. Документ необходимо ратифицировать, а это может занять какое-то время:

"Страна сама решает, принимать или нет это определение. Но, учитывая тот авторитет, который есть у Совета Европы, я думаю, он будет принят всеми членами организации, и они попытаются его применить в собственной системе правосудия. Это действительно процесс, который может растянуться во времени".

Правозащитник, однако, отметил и то, что при желании это можно сделать и в сжатые сроки. Заинтересовались делами заключенных и в аппарате Народного защитника Грузии – эта организация часто становилась объектом критики со стороны правозащитников, которые обвиняли омбудсмена в отсутствии желания взять под свою защиту преследуемых по политическим основаниям. В офисе Народного защитника подтвердили, что политзаключенным обязательно будет уделено внимание, как только до них дойдут руки. Сейчас все силы брошены на преодоление кризиса в системе исправительных учреждений.
XS
SM
MD
LG