Accessibility links

Добро пожаловать в ирреальность


Абхазию можно сравнить с коммунальной квартирой, где обитало несколько семей...

Абхазию можно сравнить с коммунальной квартирой, где обитало несколько семей...

В публикации Петра Бологова "Добро пожаловать в реальность", появившейся в российском издании "Лента. ру", обстоятельно обсуждаются кандидатуры, которые представил публике лидер коалиции "Грузинская мечта" Бидзина Иванишвили в качестве нового состава правительства Грузии. В частности, отмечается, что чрезвычайно важная для Грузии должность – пост министра по реинтеграции, то есть того самого чиновника, который будет контактировать с властями Абхазии и Южной Осетии, – доверена Паате Закареишвили, представляющему Республиканскую партию.

Правда, по сведениям издания, скоро министерство обретет старое название – "по урегулированию конфликтов", чтобы не раздражать не очень-то склонных к реинтеграции Сухум и Цхинвал. В свое время Закареишвили возглавлял правительственную комиссию, занимавшуюся вопросами защиты пленных и поиска без вести пропавших на грузино-абхазской войне, а также защитой мирного населения в зоне вооруженного конфликта. По словам политолога Мамуки Арешидзе, пишет "Лента. ру", "в Абхазии обрадовались назначению Закареишвили, поскольку тот имеет множество контактов в отколовшихся от Грузии республиках и пользуется там определенным доверием".

Паата действительно хорошо известен многим в Абхазии. Еще со времен войны к нему сохранилось уважительное отношение тех, кто знал его по совместной работе по обмену пленными и поиску без вести пропавших. Много контактировал он с абхазской стороной и во времена, когда до 2006 года довольно часто проходили встречи представителей гражданских обществ и госструктур двух наших стран, в частности в рамках так называемого Шлайнингского процесса. Мне тоже доводилось общаться с ним в то время. А еще внимательно следил за его публичными высказываниями в грузинских СМИ и, как и многие другие в Абхазии, нередко находил в них немало здравого и конструктивного. Впрочем, если вспомнить, скажем, "гениальные" начинания саакашвилевских госструктур в сфере "реинтеграции", то тут не надо быть семи пядей во лбу, чтобы выступать с весьма убедительной их критикой. Да что там говорить, если даже один высокопоставленный грузинский госчиновник этим летом назвал идиотским закон, по которому иностранцы, въехавшие в Грузию после того, как без разрешения ее властей побывали в Абхазии или Южной Осетии, преследуются в уголовном порядке. Может, потом и пожалел, что именно так выразился, но вырвалось, что поделаешь… И впрямь, с одной стороны, в Грузии очень гордятся тем, что к ним поехали туристы, а с другой – вот так их "привлекают"… А Закареишвили на днях заявил, что на самом деле так называемые нейтральные паспорта брали вовсе не те, кого так страстно рассчитывали "паспортизировать". "По-моему, это был абсолютно никчемный и бесперспективный шаг. Это реально был грузинский паспорт, а не нейтральный. Кого мы обманывали, не пойму. Если бы его владелец потерял паспорт за рубежом, он должен был обратиться в грузинское консульство. Владельца этого паспорта за рубежом должно было обслуживать консульство Грузии. Символика на паспорте тоже означала Грузию. Это была ложь, и если эта ложь сработала, нужно посмотреть, сколько человек повелись", – сказал он. И с этим будут спорить, наверное, только совсем уж зашоренные люди. Но ведь зашоренность – весьма распространенное явление. Тут уместно будет вспомнить, как в СССР десятки миллионов людей полагали, что и впрямь участвуют в демократических выборах, хотя, казалось бы, только дебил может всерьез верить, что выбор из одного кандидата – это выбор.

Что ж, так бывает: если по каким-то вопросам чьи-то оценки совпадают с вашими, вам уже начинает казаться, что такое совпадение с этим человеком существует у вас и во всем остальном. Очень часто, конечно, это оказывается иллюзией… Вот и в данном случае: из того, что Паата Закареишвили определенными своими высказываниями нередко вызывал ненависть "твердолобых" в грузинском обществе и одобрение наиболее информированной части абхазского общества (другие здесь о нем попросту ничего не знали), это вовсе не значит, что по наиболее принципиальным вопросам грузино-абхазского урегулирования наши с ним взгляды идентичны. Помню, например, как он весьма убедительно доказал несостоятельность с точки зрения грузинского национального проекта нашумевшего предложения упомянутого здесь Мамуки Арешидзе о признании Грузией независимости Абхазии в обмен на вывод российских войск и возвращение грузинских беженцев… И, тем более, когда уже в новой ипостаси кандидата в министры по делам реинтеграции Паата Закареишвили начал давать интервью грузинским и зарубежным СМИ, совершенно естественно критика в них работы его предшественников стала вытесняться изложением позиции официального Тбилиси, какой ее видят в грузинском обществе. И хотя в его высказываниях находят отличия от высказываний, скажем, кандидата в министры иностранных дел Грузии Майи Панджикидзе, большинство их, например, "факт оккупации территории Грузии не подлежит сомнению", никак не могло прийтись по нраву абхазскому обществу.

Причем еще до язвительного высказывания на пресс-конференции 10 октября президента Абхазии Александра Анкваба ("Этакий голубь вчерашний… Говорит, что мы готовы обсуждать все, но никакой независимости у осетин и абхазов не будет… Друзья-то друзьями, а табачок врозь. Вот этого не учитывает господин Закареишвили") гораздо более резкие комментарии прозвучали в абхазской блогосфере. Так, на абхазских сайтах с большим одобрением цитируют слова директора Центра гуманитарных программ Батала Кобахия: "Уважаемый Паата, если для того, чтобы удержаться во власти, вам необходимо выдавать такие вот скоропалительные предложения, то думаю, что в Грузии поменялось шило на мыло. Как говорится, веник вам в руки! Абхазы будут строить отношение со всеми странами, которые найдут в себе силы и мужества быть честными, говорить с нами на равных и руководствоваться реалиями… И пусть запомнят политики в Грузии, что дружить мы вправе с кем хотим, но жить будем сами. В своей стране. Пусть обольщают свой народ нереальными предположениями о территориальной целостности и будущем Абхазии, а пока дай вам Господь сил и разумения удержать без эксцессов первый мирный переход власти".

Парадокс в том, что при этом я не стал бы опровергать вышеприведенное мнение Мамуки Арешидзе: первоначальная реакция на выдвижение Пааты в министры у тех в Абхазии, кто лично его знает, вполне могла быть и наверняка была похожей на описанную Мамукой. Но только крайне наивный человек не способен тут же сообразить, что Паата-госчиновник не может не действовать в русле государственной политики, которую диктует в данном случае не Саакашвили и не Иванишвили, а все грузинское общество в целом.

И вот тут мы подходим к тому, что я назвал бы ирреальностью, – как в грузинском обществе вот уже почти два десятилетия пытаются решить задачу "мирного возвращения отколовшихся территорий". И, разумеется, эта ирреальность никуда не исчезла.

Всякое сравнение хромает, но предложу все же вам представить ситуацию в виде бытовой истории, достаточно понятной всем, жившим на "шестой части земной суши". В коммунальной квартире, каковой можно назвать Абхазию, где обитало несколько семей, давно зрела ссора между абхазской и грузинской семьями, каждая из которых претендовала на то, чтобы быть ответственным квартиросъемщиком. И вот ссора разразилась – с криками, мордобоем и прочими неприятными сопутствующими вещами. В итоге абхазская семья с помощью пришедших ей на помощь родственников и друзей выставила грузинскую семью за порог квартиры, и та нашла приют в соседнем доме у родни. Но вскоре ее представители начали предлагать абхазской семье всякие "компромиссные варианты", суть которых сводилась к тому, что она вернется в эту квартиру, и они снова будут "жить вместе, как в старые добрые времена". "А нам это надо? Потесниться ради того, чтобы заново начались прежние разборки, скандалы? – удивились оставшиеся в квартире абхазская, армянская, русская семьи. – И в чем компромисс-то? Вы ведь наверняка захотите, чтоб мы все снова подчинялись вашему главному, который живет сейчас с вами в большом соседнем доме?" – "Ну, в общем-то, да". – "А еще вы захотите, чтоб все наши дети в обязательном порядке изучали грузинский язык и затвердили, что эта квартира изначально была грузинской?" – "Ну, в общем-то, как же без этого?" – "Так объясните, а в чем все-таки наша выгода будет?" – "Ну, как… Вы будете жить в демократической стране, в которую часто приезжает госсекретарь США… А что до пыток в тюрьмах, так это временное явление, и мы в ближайшем будущем его устраним".

При этом все борющиеся за власть в Грузии политические силы, конечно, обвиняют оппонентов в неспособности "восстановить территориальную целостность страны". Но самое интересное начинается, когда пытаешься понять, как сами критики собираются это сделать. Увы, дальше туманного: "Мы пойдем на прямые переговоры, без посредников, мы сядем с абхазами, осетинами за один стол и будем с ними говорить…" – дело не идет. Ну, говорите, что называется, хоть до утра, а дальше что?

Я не хочу сказать, что подобные иллюзорные представления о возможности "договориться" распространены только в грузинском обществе. Там просто эта "иллюзорность" гораздо более востребована. Но вот вчера меня немало позабавило такое прочитанное на одном из абхазских сайтов "ОБРАЩЕНИЕ ЕВРАЗИЙЦЕВ-НАРОДНИКОВ К ВНОВЬ ИЗБРАННОМУ ПАРЛАМЕНТУ ГРУЗИИ". "Настало время начать решать накопившиеся проблемы, – взывают его авторы. – Поставить последнюю точку в конфликте, который возник между абхазским и грузинским народами и который продолжается уже почти что целый век… Мы не можем изменить нашу историю. Но мы можем и обязаны сделать все, чтобы трагические события остались в прошлом. Сегодня мы живем в двадцатых годах XXI века (вообще-то пока в десятых годах – В. Ш.), а война фактически продолжается… Но мы убеждены, что возможно построить новую систему отношений, учитывающую интересы и Абхазии и Грузии. Систему, которая будет приемлема для народов обеих стран, и приведет к установлению прочного мира… Обращаемся к вновь избранному парламенту Грузии со следующим предложением:
1. Рассмотреть и принять решение на заседании вновь избранного парламента Грузии, осуждающее войну против Абхазии.
2. Признать независимость Абхазии и на этой основе начать выстраивать добрососедские отношения с абхазами".

Ага, разбежались грузинские парламентарии, увидев тут "взаимовыгодное" предложение… И я ничуть не удивился, когда прочел после этого текста иронические комментарии его читателей.

Завершить же хочу комментарием к последним высказываниям Пааты Закареишвили абхазского интернет-пользователя, который пишет под ником "Хрипс": "Мне было 17 лет, когда преподаватель в ГПИ мне сказал: зачем вам жить с русскими, будьте в Грузии (советские времена). Еще через 1000 лет грузины не поймут, что мы не живем с русскими и Абхазия – это не Россия и не Грузия, Абхазия – это отдельное государство. Россия наш стратегический партнер, а Америка стратегический партнер Грузии. В мире 36 государств меньше, чем Абхазия, но они такие же члены мирового сообщества. Абхазы являются автохтонным населением своей страны, и никто не вправе отнимать у нас нашу Родину".

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG