Accessibility links

До свидания, наш неласковый Миша!


Не слишком ли рано подводить итоги политической карьеры Саакашвили?

Не слишком ли рано подводить итоги политической карьеры Саакашвили?

"Уходя уходи!" – скандируют в эти дни в Грузии бидзинисты. Среди мишистов – разброд и шатания, но многие, тем не менее, огрызаются на нападки в свой адрес и даже переходят в контрнаступление: посмотрим, мол, что у вас, "мечтателей", выйдет, когда поднимут голову воры в законе, когда вы остановите наши реформы, а вот у Саакашвили, что бы о нем ни говорили, в активе реальные достижения: преображенные города, порядок на дорогах и т. д. В Абхазии на все эти дискуссии-перепалки смотрят со стороны и изредка тоже высказываются; у нас, конечно, свой угол зрения на личность президента Грузии и обсуждаемые в грузинском обществе проблемы.

Не слишком ли рано подводить итоги политической карьеры Михаила Николозовича? Безусловно, рано, ведь ему всего 44 года, а в этом возрасте в современном мире чаще всего еще только примеряются к высшим постам государства. С другой стороны, как можно услышать от многих, за последние девять лет имя Саакашвили, уже, что называется, навязло на зубах, ну а предварительные итоги считается правомерным подводить даже всего после ста дней нахождения политика у власти…

Тем более что тезису: "о счете на табло надо судить только по окончании матча" – всегда можно противопоставить другой: "личность человека практически полностью формируется уже в раннем детстве, и дальше, что бы с ним ни происходило, его поступки неизбежно будут обусловлены чертами его личности". В свете последнего тезиса хочу с уверенностью заявить, что все взлеты и падения девятилетнего периода правления в Грузии Михаила Саакашвили великолепно просматривались – не в деталях, конечно, а в сути своей – еще до его эффектного восхождения на грузинский "престол" с розой в руках.



В начале нулевых годов я внимательно читал газету "Свободная Грузия", которая по стамбульским договоренностям поступала в Сухум из Тбилиси в обмен на газету "Республика Абхазия". И вот незадолго до розовой революции прочел в ней поистине зубодробительную публикацию про Саакашвили: о том, как вскоре после своего прибытия из США, где учился, некий молодой человек заявился в одно из тбилисских "присутственных мест" на предмет трудоустройства и с упоением занялся саморекламой и бахвальством. Автор того текста едко высмеял и, что называется, "похоронил" будущего президента, представив его полным ничтожеством с признаками мании величия. Кстати, потом, в 2004-м, получая новые номера "Свободной Грузии", я всегда с любопытством смотрел в выходные данные газеты: не произошло ли там изменений? Но редактор, "пропустивший" тот незабываемый памфлет, усидел-таки в своем кресле. Возможно, потому, что на русскоязычную прессу в Тбилиси уже мало кто обращал внимание. К тому же редактор, видимо, обладал весьма "гибким позвоночником": огромные фотоснимки Шеварднадзе из номера в номер на первой полосе "СГ" быстро сменились на такие же – Саакашвили.

Помню и то, как в канун его первого избрания в президенты уничижительно, как об "отмороженном", писала о Мише российская пресса.

Но все это было достоянием лишь наиболее информированной части населения в Абхазии. Большинство воспринимало его, прежде всего, визуально ("молодой, высокий, красивый", как твердил восторженный электорат в Грузии), знало о том, что в силу возраста он не замешан в военных походах 90-х против Абхазии и Южной Осетии, и, наконец, что он скинул Шеварднадзе, который у абхазов сидел уже в печенках. Так что поначалу широкими массами у нас он воспринимался если не благожелательно, то, по крайней мере, без предубеждения и ненависти.

А потом, когда его широковещательные, напоминающие мантры обещания начали чудесным образом воплощаться в жизнь, некоторые, представляющие наиболее простодушную часть нашего общества, и впрямь в какой-то момент поверили в его "непобедимость", увидели в нем чуть ли не волшебника изумрудного города. Один мой сосед по дому из категории т. н. русскоязычных как-то стал громко поражаться легкости, с которой Миша заставил покинуть Батуми Аслана Абашидзе и покончил с "аджарским сепаратизмом": пока, мол, все у него получается, захотел – Шеварднадзе прогнал, захотел – Абашидзе… Я с усмешкой сказал соседу, что он-то должен понимать тут разницу. Ибо между Аджарией, где нет, в общем-то, этнического противостояния с Тбилиси, с одной стороны, и Абхазией и Южной Осетией, с другой стороны, – "дистанция огромного размера". И то, что Саакашвили продолжает укреплять свой имидж "победителя" самоуверенными заявлениями: мол, вот-вот то же произойдет в Абхазии и Южной Осетии, – лишь очевидное свидетельство его политической недальновидности и смутного представления о реалиях.

И дальше все развивалось по замкнутому кругу. С одной стороны, действительно завидная энергетика молодого грузинского президента, осуществление им многих прогрессивных проектов по внутреннему переустройству Грузии, его нацеленность на большое (а тот, кто не нацелен на него, ничего большого и не достигнет), с другой – далеко не лучшие качества его натуры и то, что называется отсутствием мудрости. Ведь ударить ногой премьер-министра своей страны – это не смелость; смелость – не поддаться панике и не побежать прятаться от самолета в небе. Лишить своего главного политического оппонента гражданства страны – это не значит проявить политическую находчивость и силу, это значит снова продемонстрировать панические настроения и слабость и нанести себе значительный имиджевый урон. А риск, на который он пошел в августе 2008-го, представляется вовсе не "благородным делом", а риском больного игроманией, незадачливого завсегдатая казино.

Мишисты часто любят вспоминать "Грузию во мгле" времен Шеварднадзе и сопоставлять с нынешним относительным экономическим подъемом. Но точно так же многие в России любят ругать Ельцина и превозносить Путина, не желая вдуматься в то, что последнему выпало руководить страной в гораздо более благоприятное время.

И еще. Недавно на "Эхо Кавказа" моя коллега Олеся Вартанян назвала президента Грузии "гением импровизации". Не знаю даже: с иронией или на полном серьезе. Но мне как-то больше запомнились импровизации в ходе его речей, которые вызывали потом недоуменные комментарии в грузинском обществе. Такие импровизации были сродни хрущевским, после коих советники и соратники того нередко хватались за голову. А еще запомнились несусветные цифры, которыми он иногда начинал сыпать, например, о населении разных регионов ГССР и современной Грузии. Теперь мне понятно, что это был результат "импровизации", но почему президент страны не должен помнить школьную программу?

В Абхазии провожают Саакашвили в политическое небытие (а после того, как стала рассыпаться его команда, это все больше воспринимается именно так) со смешанным чувствами: "Куда уехал цирк?"; "Слава Богу, неадекватность слишком утомляет"; "Нет, подобный враг – находка для любого"… При этом понятно, что не может не быть разницы в его восприятии гражданами Абхазии и Южной Осетии. Для нас он в значительной мере остался "бумажным тигром", а у наших южноосетинских братьев с ним связаны самые что ни на есть реальные слезы, кровь и разрушения.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG