Accessibility links

"Южная Осетия не продается"


По совместным проектам в области гуманитарного или культурного сотрудничества с каждым годом становится все легче договариваться

По совместным проектам в области гуманитарного или культурного сотрудничества с каждым годом становится все легче договариваться

Смена руководства Грузии вновь сделала актуальной проблему возвращения двух отколовшихся территорий Южной Осетии и Абхазии – в состав грузинского государства. Грузино-осетинские встречи, на которых присутствуют и представители гражданского сектора, и чиновники, предоставляют уникальную возможность для обмена мнениями по самым разным вопросам. Но если по совместным проектам в области гуманитарного или культурного сотрудничества с каждым годом становится все легче договариваться, то в своем понимании статуса Южной Осетии и Абхазии стороны, как и прежде, остаются на непримиримых позициях.

До этого времени все грузино-осетинские встречи проходили в закрытом режиме. Это давало повод обвинять участвовавших в них представителей Южной Осетии в тайном сговоре с Грузией. Когда-то в предательстве интересов Грузии обвиняли и грузинского политолога Паату Закареишвили, который в ночь на 8 августа назвал действия Саакашвили авантюрой. Сегодня Закареишвили стал министром по реинтеграции. Что ж, времена меняются! Нынешняя стамбульская встреча была интересна именно тем, что на ней своими представлениями о будущем грузино-осетинских отношений делились люди, поддерживающие перемены в Грузии. "Нет ни одного грузина, – сказал мне участник из Тбилиси, – который бы не мечтал о восстановлении территориальной целостности". При этом грузины отдают себе полный отчет в том, что осетины и абхазы всегда с пеной у рта будут защищать свою независимость.

Я попросила нескольких грузинских участников рассказать о том, как они видят перспективы отношений между Грузией и Южной Осетией. Политолог Георгий Хуцишвили предложил временно исключить тему территориальных претензий из списка обсуждаемых вопросов:

"Этот вопрос надо отодвинуть, и зная о том, что по этому поводу в ближайшее время мы ни к какому взаимоприемлемому решению не придем, необходимо просто об этом не говорить. Сейчас надо говорить только на те темы, которые представляют взаимный интерес и в то же время имеют перспективы разрешения: это могут быть вопросы о гарантиях безопасности, общения представителей гражданского общества, открытия границы. После того как будет восстановлена хоть какая-то степень доверия в результате усилий не только гражданского общества, но, наверное, и на уровне правительств, торговли, человеческих связей, экономических проектов, тогда можно будет перейти к политическим аспектам".



Хуцишвили считает, что на самом деле Российская Федерация не заинтересована в присоединении Южной Осетии, поскольку для Москвы сейчас гораздо важнее наладить диалог с новым правительством Грузии:

"Если это произойдет, в Грузии это будет воспринято как откровенная аннексия зоны диспута. То есть Россия в одностороннем порядке принимает решение объявить это территорией Российской Федерации. Этого нельзя исключить, но я бы сказал, если это произойдет, то это окажет катастрофическое воздействие, прежде всего, на российско-грузинские отношения. И перспектива восстановления и урегулирования отношений между Россией и Грузией будет задушена на корню".

"Что может предложить осетинам новая власть, чтобы они вдруг, забыв про пролитую в борьбе за независимость своего государства кровь, захотели бы вернуться в Грузию?" – спросила я главу отдела по Южной Осетии и Абхазии при Министерстве реинтеграции Марину Салуквадзе. Вот что она ответила:

"Двадцать лет – это миг в истории, а до этого существовали вековые отношения. Так что, мне кажется, надо смотреть вперед. Надо понимать, какие условия и какие отношения будут предложены нынешним грузинским правительством и обществом, которые сегодня, к счастью, абсолютно прагматично, позитивно и миролюбиво настроены и по отношению к РЮО, и к Абхазии. Надо думать о будущем, о дороге, надо думать об отношениях, надо думать о наших детях, о наших предках и о том, чтобы не закрывать глаза на прогресс. Если будут предложены эти отношения, мне кажется, югоосетинское общество само потом выберет, куда ему идти: быть с тем, с кем оно жило в одной семье, под одной крышей, на одной кухне или, допустим, с кем-то за Кавказским хребтом".

Глава югоосетинского парламентского комитета по внешней политике Юрий Дзиццойты считает неоправданным оптимизм новых грузинских властей. "Идея, – говорит он, – старая, озвучивается и сейчас в "старых выражениях", когда идет речь о привлекательности Грузии для народов Южной Осетии и Абхазии". Позиция двух независимых государств останется неизменной:

"Я и тогда был уверен, и сейчас, что наш народ не свернет с избранного пути, и в глобальных политических раскладах осетины всегда были на стороне России, и от этого исторического выбора наших предков мы тоже вряд ли откажемся. Это в моем понимании не означает, что мы должны войти в состав России. Но в политическом, экономическом, финансовом, образовательном, культурном и прочих вопросах мы были и будем вместе с Россией. Что касается Грузии, мы готовы поддерживать с нею добрососедские отношения, потому что волею судьбы оказались на Кавказе рядом. Но вот то, о чем они говорят, в США называют "вовлечением через сотрудничество". И методы, и конечная цель нам хорошо известны. То есть вот вам грош, мы вас хотим купить. Может, это громко звучит, но Южная Осетия не продается".

Что касается самого министра реинтеграции Пааты Закареишвили, на которого в Грузии возлагают такие большие надежды, вполне возможно, что ему удастся внести весомый вклад в развитие этих добрососедских отношений, считает Юрий Дзиццойты. Не больше.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG