Accessibility links

Дорога дальняя, казенный дом


"Нацдвижению" будет сложно трансформироваться в главную оппозиционную партию страны

"Нацдвижению" будет сложно трансформироваться в главную оппозиционную партию страны

Аресты продолжаются. С тяжелым сердцем встречает "Национальное движение" невеселую и некруглую девятую годовщину "Революции роз".

Бывшие сотрудники МВД начали давать показания; некоторые из них цепляются за авторучку, как за последнюю соломинку. А это значит, что вскоре следователи с неумолимостью древних японских истребителей "Мицубиши Зеро" выйдут на тех, кто приказывал господам жандармам вести незаконные прослушки и творить прочие бесчинства и мерзопакости.

Организация прослушек – не самое тяжкое обвинение. Оппоненты бывшего руководства предъявляют ему и другие, насквозь пропитанные кровью счета. Но доказать, что прослушка действительно велась, гораздо проще. Вот следствие и идет от простого к сложному. К слову, Альберто Фухимори и других бывших руководителей Перу вначале осудили за несанкционированные прослушки, обыски и прочие "мелочи". И лишь через девять лет после падения режима им "впаяли" немерянные срока за создание "эскадронов смерти". Прокурорские мельницы мололи медленно, но старательно.



"Националы" в спешном порядке выстраивают линию защиты. Сейчас для них главное – любой ценой доказать западным партнерам, что новые власти начали политические репрессии, что они невинные хоббиты, на которых ополчился весь Мордор, дабы раз и навсегда свести с ними счеты и отобрать Кольцо Всевластия, сиречь президентскую печать. И черные всадники скачут за ними по пятам в ритме "Романса об испанской жандармерии" Федерико Гарсия Лорки. И демонически завывает северный ветер: "Отдай кольцо, Фродо, оно тебе не подходит!" Тактика, безусловно, перспективная, но в одночасье прикинуться хоббитом несколько проблематично.

Замысел новых властей, возможно, заключается в том, чтобы лидеры "Национального движения" подошли к началу нового кризиса не с гордо поднятым оппозиционным знаменем, а в качестве обвиняемых в совершении тяжких преступлений, с трудом отбивающихся от волчьей прокурорской стаи. Чтобы самым актуальным для граждан стал не вопрос "Будут ли они избраны?", а вопрос "Будут ли они осуждены?" Это трудноразличимый, но очень важный нюанс. В такой ситуации "Национальному движению" будет достаточно сложно трансформироваться в главную оппозиционную партию страны, сохранить единство и стать реальным конкурентом "Грузинской мечты" в борьбе за власть. Нынешние аресты не служат этой цели, но неплохие предпосылки для ее достижения они, безусловно, создают.

В том случае, если процессы не будут прозрачными, а доказательства – железобетонными, и если возникнет хотя бы малейшее подозрение в связи с политическим характером преследований, западные партнеры резко раскритикуют новое грузинское руководство, и Бидзина Иванишвили отдает себе в этом отчет. Но в то же время он не может остановить или хотя бы замедлить раскручивающийся маховик следствия волевым решением, о чем, скорее всего, мечтают "националы", поскольку подобный шаг вошел бы в противоречие с фундаментальными принципами построения правового государства. Вместе с тем это разочаровало бы большую часть избирателей "Грузинской мечты".

Десятки, а то и сотни граждан бомбардируют прокуратуру жалобами, требуя восстановления справедливости и наказания бывших чиновников. Если хотя бы десятая часть из того, что они рассказывают журналистам, – правда, то будет не только мучительно больно, но и мучительно стыдно. Остается надеяться, что грузинский суд – далеко не самый гуманный в мире – будет беспристрастен и расставит все точки над "и" и над "е".

Исходя из мирового опыта, можно с уверенностью сказать, что безгрешных "диктатур развития" не бывает: еще ни одна из них не обходилась без прослушек, пыток и убийств. Но что следует сделать при переходе к демократии? Тащить всех без исключения в зал суда, как это произошло в Перу, или, подобно многим другим странам, впасть в коллективную амнезию, чтобы не способствовать расколу общества? Новое грузинское руководство, скорее всего, пойдет перуанским путем, соблюдая все нормы и руководствуясь холодным, как колымский снег, принципом "Каждый преступник будет наказан".

Кольцо сжимается. И как-то недобро улыбается Генпрокурор. И в глазах бывших подчиненных скользит что-то нехорошее, эдакое... свидетельское. И скучно и грустно, и некому руку подать. Тбилиси. Президентский дворец. Девятая годовщина "Революции роз".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG