Accessibility links

Сто дней после победы


Парламентский успех "Грузинской мечты", ведомой олигархом Бидзиной Иванишвили, подарил немало поводов для анализа

Парламентский успех "Грузинской мечты", ведомой олигархом Бидзиной Иванишвили, подарил немало поводов для анализа

ВАШИНГТОН---В январе 2013 года закончился стодневный период после электорального успеха коалиции "Грузинская мечта" на парламентских выборах. Формирование нового правительства, корректировка внутренней и внешней политики, политическая конфронтация с действующим президентом. Все эти процессы сделали Грузию объектом повышенного внимания. В какой мере первые сто дней после самого крупного поражения Михаила Саакашвили после "Революции роз" повлияли на динамику российско-грузинских отношений, а также на взаимоотношения Тбилиси с Сухуми и Цхинвали?

Сто дней всякой новой власти, если они не заканчиваются Ватерлоо, становятся предметом для неких предварительных оценок и обобщений. Парламентский успех "Грузинской мечты", ведомой олигархом Бидзиной Иванишвили, подарил немало поводов для анализа как внутренних, так и внешнеполитических изменений в Грузии в последние несколько месяцев. Многих он заставил задуматься о сложной динамике и социальной цене реформ и экономических трансформаций в переходных обществах. В рамках одного комментария невозможно даже пунктирно рассмотреть все многообразие тем. Остановимся лишь на двух сюжетах, имеющих для Грузии первостепенное значение. Это - отношения с Россией и перспективы урегулирования двух этнополитических конфликтов в Абхазии и в Южной Осетии.


Уже в ходе парламентской кампании стало ясно, что, несмотря на острую конфронтацию с северным соседом, в грузинском обществе существует запрос на нормализацию отношений с РФ. Этот запрос "Грузинская мечта" смогла инвентаризировать и превратить в определенные ресурсы для поддержки. После победы на выборах и формирования нового кабинета министров этот запрос трансформировался в конкретные внешнеполитические инициативы, получившие осторожное одобрение из Кремля. Однако сама российско-грузинская конфронтация возникла не столько из-за неразрешимых двусторонних противоречий, сколько из-за конфликтов в Абхазии и Южной Осетии и разного видения перспектив их урегулирования в Москве и Тбилиси. Без позитивных изменений на этом направлении нормализация отношений между Россией и Грузией будет сильно ограниченным процессом. Отсюда и стремление "Грузинской мечты" изменить ситуацию к лучшему на абхазском и югоосетинском направлениях. Можно ли говорить о том, что "мечтатели" смогли за сто дней достичь каких-то успехов?

Если понимать под успехом какие-то конкретные решения или договоренности, то хвастать особенно нечем. Все стартовые позиции сторон, касающиеся статуса Абхазии и Южной Осетии, остаются по-прежнему неизменными. Но ведь если эти позиции формировались годами, то наивно было бы рассчитывать на перемены в течение ста дней, часть из которых пришлись на персональное согласование членов кабинета и руководителей парламентских комиссий. Но если говорить хотя бы о риторике, то она изменилась. Свой интерес к открытию абхазского участка железной дороги высказали и представители Тбилиси, и представители Москвы. И даже президент Абхазии Александр Анкваб при всем своем скепсисе в отношении возобновления железнодорожного сообщения на своей пресс-конференции 18 января не исключил, что в случае поступления к нему конкретных предложений не исключено их "коллективное обсуждение". Еще месяц или два назад даже этого себе было невозможно представить. Снова было выпукло обозначено, что помимо непосредственных участников конфликта свои резоны к открытию или, напротив, простою дороги есть у Армении и Азербайджана. И, конечно же, эти интересы потребуют дополнительного согласования. Нельзя не увидеть и определенной эклектики в высказываниях ответственных чиновников. В особенности это характерно для представителей грузинской власти просто потому, что таких заявлений они произносят намного больше, чем их российские коллеги. В любом случае обозначен некий настрой на десакрализацию конфликтов и прагматичное "согласие на несогласие".

Однако для того, чтобы попытки нового кабинета стали чем-то большим, чем суммой попыток, им необходимо укрепление позиций и внутри страны, и на других внешнеполитических направлениях, кроме российского. Но пока что двоевластие в Грузии сохраняется, а действующий президент далеко не во всем одобряет новые инициативы "мечтателей". За примерами далеко ходить не нужно, сравним хотя бы высказывания Иванишвили в ходе его недавнего визита в Армению и параллельные заявления Саакашвили на одну и ту же тему – возобновление железнодорожного сообщения через Абхазию. А ведь впереди Грузию ожидают президентские выборы и конституционная реформа. Значит, российская и абхазско-осетинская темы еще не раз будут обыграны и для внутренней грузинской аудитории, и в переговорах с Брюсселем и Вашингтоном. Следовательно, быстрых прорывов ожидать не стоит. Тем не менее один результат за сто дней после победы "Грузинской мечты" уже достигнут. Нормализацию и ее цену начинают обсуждать не только представители разных сторон, но и россияне с россиянами, и грузины с грузинами. Таким образом, актуальность темы сохраняется, как и предпосылки для некоторых подвижек в новых более выгодных условиях.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG