Accessibility links

Гия Пацурия: "Мы назовем этот город – Лазика"


По официальным данным, на сегодняшний день заключенных, которым просто некуда идти, около 900 человек

По официальным данным, на сегодняшний день заключенных, которым просто некуда идти, около 900 человек

ПРАГА---В рубрике "Гость недели" глава неправительственной организации "Союз защиты Конституции" Гия Пацурия. Эта организация решила взять на себя роль своеобразного помощника в процессе ресоциализации заключенных, которые уже вышли или еще выйдут на свободу в результате амнистии, объявленной недавно новым правительством Грузии.

Кети Бочоришвили: Гия, вы, пожалуй, единственный за всю мою журналистскую практику человек, который под практически абстрактную идею ресоциализации в общество заключенных решил подвести вполне реальную основу. Расскажите о вашем проекте, и, прежде всего, что он будет собой представлять?

Гия Пацурия: В ближайшие два месяца в результате амнистии, которую объявил парламент Грузии, на свободу выйдут около 3500 заключенных. Вы знаете, что Грузия занимала первое место в Европе по числу заключенных на 1000 человек. Поэтому это серьезная проблема, этими людьми должны заниматься как государственные структуры, так и частные лица. Реально это будет т.н. поселение или что-то вроде микро-деревушки на 100-150 человек. Мы стараемся помочь этим людям, в основном потерявшим абсолютно все, у которых нет даже дома, куда они могут вернуться, потому что по т.н. процессуальным соглашениям людей буквально "раздевали".


Кети Бочоришвили: То есть их не будут спрашивать, захотят ли эти люди сами туда идти или нет?

Гия Пацурия: Я договорился с департаментом по исполнению наказаний, министр Созар Субари дал добро, на днях я был в 17-й и 16-й колониях, где встретился с людьми, которые хотят поселиться и знают, чем заняться в этом городке. По официальным данным, таких заключенных на сегодняшний день около 900 человек, которым просто некуда идти. Это рассчитано на 100-150 человек, и я более чем уверен, что очень многие захотят заняться каким-то конкретным делом. Там у меня будет и профилактика, и парники, и птицеферма – все, что требует элементарнейших трудовых навыков, чтобы они могли там работать и жить.

Реально в период правления Саакашвили арестовывали не только т.н. "блатных", проходили поголовные аресты и задержания, и в тюрьмах и колониях оказались такие люди, которые к криминалу практически не имеют никакого отношения. За элементарные проступки, провинности или даже без всяких провинностей людей определяли в тюрьму. Я конкретно знаю очень многих людей, которые хотят иметь крышу над головой и чем-то элементарным заняться, чтобы быть полезными и для себя, и для общества. Разумеется, для себя в первую очередь, но я постараюсь, не только я, нас – группа людей, и мы постараемся помочь этим людям.

Кети Бочоришвили: Гия, я знаю, что вам пришлось изнутри наблюдать за тем, как в известных учреждениях, мягко говоря, человека искусственно отдаляют от общества и окончательно ломают его представление о смысле жизни, если он не успел на свободе с этим справиться сам. Вы не против рассказать о своих собственных наблюдениях в тюрьме, это именно те наблюдения, которые подводят основу под ваш проект?

Гия Пацурия: Я был арестован через три месяца после прихода к власти Саакашвили. Я – бывший генеральный директор "Госстраха" Грузии. Меня арестовали, присудили три года. В приговоре было записано, что я сам себе нанес материальный ущерб, т.е. фактически я был объявлен пострадавшим, и все-таки мне дали три года тюрьмы. По этому приговору и по этому делу я был первым заключенным в Грузии эпохи Саакашвили, назовем это так, который выиграл дело в Страсбургском суде по правам человека в 2007 году. Вместо того чтобы меня освободить, мне за две недели до окончания срока добавили еще два года за пользование мобильным телефоном. То есть мне пришлось пять лет отсидеть, я хорошо знаю изнутри, что происходило при Саакашвили в колониях и тюрьмах. Я знаю настрой людей, и поэтому я уверен в реальности проекта.

Кети Бочоришвили: Гия, какую конкретно поддержку нашла эта идея? Я спрашиваю не о государственных органах, а о финансовой поддержке.

Гия Пацурия: Поддержку мне обещают фонд Евразии, фонд Сороса, но самое для меня дорогое то, что простые граждане связываются со мной через Facebook, мои друзья, знакомые – очень многие понимают, что этим людям необходима помощь, необходимо их чем-то занять, чтобы они нашли свое место в этой жизни.

Кети Бочоришвили: То есть речь, в основном, идет не об уголовниках, а о тех людях, которые стали жертвами режима, так сказать.

Гия Пацурия: Очень многие люди совершили в свое время уголовные преступления, но не хотят идти до конца по этому пути. Главное назначение наказания – это ресоциализация человека. Это так прямо и записано в Уголовном кодексе, и поэтому среди этих людей могут быть такие, которые в свое время совершили уголовное преступление, но не собираются продолжать свою уголовную "карьеру". Реально уголовная практика при Саакашвили строилась в основном на процессуальном соглашении. Это была массовая практика, когда людям говорили: официально внесешь в бюджет, скажем, 10 тысяч лари, и мы тебе дадим вместо десяти пять лет лишения свободы. Это было общепринятой практикой, и многие были вынуждены продавать дома, участки, лишаться всего, лишь бы как-то снизить срок наказания. Бюджет пополнялся за счет этих средств – около 100 миллионов в год заходило за счет таких "процессуальных соглашений".

Кети Бочоришвили: Гия, короче говоря, там будет нечто вроде коммуны, где люди будут сами работать, нечто вроде кибуца?

Гия Пацурия: Назовем кибуцем, пожалуйста. Объясню в двух словах, что это из себя представляет: со мной связался один житель Рустави и предложил мне использовать для этого проекта четыре гектара у реки Мтквари, прямо в черте города, на которых расположены ферма, одноэтажный дом из трех комнат. Там практически есть все: подведены вода, газ, свет, есть все для начала этой деятельности. Вполне достаточно на данный момент и достаточно для размещения этих объектов. Кстати, я должен отметить, Грузинская железная дорога мне очень помогает. Они выделили два купейных вагона и вагон-ресторан, в котором мы устроим столовую.

Кети Бочоришвили: Понятно. Но, Гия, та деятельность, которой будут заняты эти люди, т.е. выращивать огурцы, помидоры, разводить кур, получать мед, не знаю, что там еще будет, они за это реально смогут получать какие-то деньги, или речь идет только о том, чтобы они могли как бы содержать себя, но не свою семью. Или этот продукт можно будет продавать, выносить на рынок? Я хочу получить представление о том, как будет жить эта коммуна, и как эти люди смогут помогать своим семьям, или только речь идет об их самосохранении?

Гия Пацурия: В первую очередь, там будет, так сказать, социалистический принцип, согласно которому "кто не работает, тот не есть". Это реально. Мы сначала должны выйти на самообеспечение, может быть, часть продукции, которая будет производиться, пойдет на реализацию, но мы хотим стать самодостаточным поселением не в финансовом смысле. А уже потом, если будет что-то сверх этого, они смогут помогать своим семьям при реализации продукции. Никто никому не запрещает что-то дополнительно делать, но сначала мы должны достичь реального самообеспечения. Моя организация "Союз защиты Конституции" станет основателем этого поселения. Мы назовем этот город Лазика в честь нашего президента, который так и не смог этот город построить и, наверное, уже не сможет никогда.

Кети Бочоришвили: Вы привнесли еще и веселую ноту в наше интервью. Хотелось бы еще об одном спросить. В вашем поселении будут жить одни мужчины?

Гия Пацурия: Это будут не только мужчины. Со мной связались несколько женщин, которые прошли через эту систему и попросили меня, чтобы я им тоже помог. Бывшие заключенные женщины, наверное, будут у нас жить. Я надеюсь, что хеппи-энд произойдет и в их личной жизни.
XS
SM
MD
LG