Accessibility links

Он не переползал по-пластунски абхазскую границу. Не ломился в дверь университетской аудитории. Не читал нравоучения студентам Абхазского государственного университета о том, как плохо жить в условиях независимой Абхазии. Даже расклеивать долгими зимними ночами листовки на автобусных остановках с призывом немедленно ввести Абхазию в состав Грузии и тем самым подрывать основы абхазской государственности он не собирался.

Профессор Брюссельского университета Бруно Коппитерс (Бруно – это имя. Ничего общего со знаменитым еретиком средневековья Джордано, у которого Бруно - фамилия, господин Коппитерс отродясь не имел) прибыл в Абхазию с прозаичной целью - прочесть курс лекций по конфликтологии студентам местного университета, и более ничего. Причем приехал по официальному приглашению руководства вуза. А университету, в свою очередь, кандидатуру бельгийского профессора, как утверждают весьма осведомленные люди, порекомендовали в МИДе Абхазии. В общем, эта история изначально должны была привлекать внимание окружающих разве что своей чинностью и благопристойностью. Но, увы, вышла оказия. После первой же лекции господину Коппитерсу показали на дверь. Причем команду «на выход» Бруно дал не ректорат АГУ и не МИД и даже не Служба государственной безопасности (какой-то крамолы эти инстанции за профессором вообще не заметили), а лично сам президент Александр Анкваб. При этом поначалу не то что вменяемой, но даже и невменяемой причины такого решения не было названо. На выход - и баста! Совсем как в армии: приказы не обсуждаются, не комментируются, а лишь исполняются.

Впрочем, пока господин Коппитерс растерянно разводил руками, а приглашавшие его лица не знали, куда от стыда отвести взгляд, косвенные объяснения дал сам президент. И произошло это во время состоявшейся на следующий после выдворения день встречи Александра Анкваб со спецпредставителем генсека ООН Туруненом. «Западу надо выложиться, и причем, серьезно», - таков был загадочный посыл президента Александра Анкваб. В переводе на человеческий язык это означает, что Сухум ждет от Запада своего рода открытия «второго фронта», то есть, второго комплексного плана поддержки социально-экономического развития Абхазии. Первый, как известно, финансирует Москва.

В телесюжете, который подготовила пресс-служба президента, было отчетливо видно, как господин Турунен во время разговора постоянно кивает головой и в унисон с этими кивками произносит слово «да». И при этом также было очевидно, что дипломат нервничает и не очень понимает сути происходящего. Он приехал обсуждать новый раунд Женевских переговоров, а ему предлагают выложить деньги на бочку.

Скажу честно, уверен, что и сам Александр Анкваб не слишком верит в возможность «выставить» Запад на деньги. Скорее всего, этот постановочный шантаж адресован не Евросоюзу и другим игрокам, которых по старой советской традиции принято называть «Западом», а Кремлю. Видимо, совсем нелишним было бы, в условиях, когда очередной транш из Москвы задержан на срок, который уже находится за гранью всяких приличий, напомнить о себе – продемонстрировать свою лояльности и указать на то, что у Абхазии могут появиться альтернативные источники финансирования.

Спустя неделю после выдворения Коппитерса и разговора со спецпредставителем генсека ООН президент, наконец, вспомнил и о несчастном профессоре. «Мы говорим: хотите читать лекции - пожалуйста, дайте возможность нам читать лекции у вас в Европе и в мире. И мы расскажем о многом, о чем не знает европейская общественность: как начиналась война, что было в войну, что было после войны, как вел себя Евросоюз перед агрессией Грузии в Южной Осетии. Мы тоже хотим об этом рассказать. Мы не закрыты в этой части. Читает господин Бруно лекции в нашем университете - абхазский профессор читает лекции в Брюсселе, Лондоне Берлине, Париже. Игры в одни ворота не будет. Я прошу МИД это иметь в виду», - назидательно диктовал Анкваб своему министру иностранных дел Вячеславу Чирикба, который, кстати, в течение долгих лет являлся профессором Лейденского университета.

Мне кажется, Анкваб звучал не слишком убедительно. Вот если бы он, к примеру, запретил государственным органам закупать на Западе лимузины и дорогие внедорожники до тех пор, пока Запад не начнет приобретать абхазские мандарины, – это был бы симметричный ответ. Ему также стоило бы предложить своим подчиненным кататься на шопинг и на отдых в Лондон, Париж и Берлин строго по обмену – то есть на каждого выезжающего из Абхазии местного чиновника должен приходиться один западный, въезжающий в республику. Вот это было бы да! Ответ - так ответ! А использовать несчастного брюссельского профессора как способ давления на Москву – это и не очень красиво, и очень по-детски, по-нашенски, по-абхазски.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG