Accessibility links

Принц Ольденбургский, Зал лилий и преданное привидение


На грустном фоне пасмурного неба светло-коричневое здание с белыми окнами выглядит особенно впечатляюще

На грустном фоне пасмурного неба светло-коричневое здание с белыми окнами выглядит особенно впечатляюще

Тбилиси не может похвастаться дворцами-музеями. Однако Государственный музей театра, музыки, кино и хореографии в этом ряду можно считать исключением. История этого здания окутана многими легендами, как правило, любовными. И построено оно было, как рассказывают, благодаря любовной истории, приключившейся между принцем и графиней.

На грустном фоне пасмурного неба светло-коричневое здание с белыми окнами выглядит особенно впечатляюще. Так и ждешь, что на веранду дворца выйдет дама в пышном платье XIX века. Но о нарядах – позже. Сперва расскажу о самом здании...

Музей здесь разместили еще в прошлом веке. Хотя реставрацию здания и его интерьера начали не так давно. Из 12 комнат пока функционируют лишь две. В небольшом дворике меня встретил директор музея Георгий Каландия. Именно он мне рассказал легенды о здании, некоторым из которых уже несколько веков. Каландия пояснил: ни одного достоверного источника нет. Не поймешь, где вымысел, а где правда, – такая она, история этого дворца:

"Все началось в 1895 году, когда великий венгерский художник Михай Зичи решил иллюстрировать "Витязя в тигровой шкуре". Для грузин это было великое событие..." – рассказывает Георгий Каландия.


Образ Нестан-Дареджан отображала славившаяся своей красотой супруга мингрельского князя Тариела Дадиани – Аграфена Джапаридзе. Тогда и встретил ее принц Ольденбургский. Георгий Каландия описывает его как "крутого" XIX века – богатый холостяк, родственник императора Николая Второго. Избалованный вниманием дам князь предложил Аграфене провести с ним ночь, на что получил жесткий отказ:

"Потом история становится романтичной и закрученной. Как говорят, принц Ольденбургский пожаловал к мингрельскому принцу и в обмен на его жену предложил один миллион золотых российских рублей".

Тариэл Дадиани согласился. Аграфена жутко разозлилась – пожаловавшего к ней принца Ольденбургского послала к мужу, мол, иди к тому, кому заплатил. Но принц не сдавался. Долгие ухаживания принесли плоды. Сердце Аграфены было окончательно завоевано, когда для нее был построен этот дворец. Ее можно понять: это единственное здание на Южном Кавказе, построенное в стиле исламской готики, – шедевр грузинской светской архитектуры:

"Рассказывают, что когда дворец открылся, был торжественный бал. Все были в масках. Когда люди зашли, мужчины подняли полы брюк, а женщины приподняли платья. Думали, что зашли в воду. Этот эффект создавался, благодаря венецианскому стеклу, которое было на полу вместо паркета. А освещение создавало эффект воды".

Они поженились, у них родилось шестеро детей. Однако у этой истории далеко не счастливый, как в сказках, конец. По одной из версий, семье пришлось покинуть дворец, после того как в него ворвались большевики. И Аграфена умерла в нищете в Кутаиси.

Советская история этого дворца печальна: начался его разгром, все вещи были вывезены. Внутри дом перестроили – огромные комнаты разделили на крошечные. Здание уже начало рушиться.

Перед отреставрированным Залом лилий можно посмотреть на фотографии до ремонта: обвалившиеся стены, разобранный пол. А восстанавливать комнаты стали лишь благодаря небольшим уцелевшим фрагментам. Зеленоватые стены с орнаментом, светло-зеленые занавеси – именно так выглядит сегодня, как и во времена принца Ольденбургского, Зал лилий. Говорят, что в эту комнату каждое утро приносили свежие лилии.

В этом здании сложно понять, где заканчивается история дворца и начинается музей. Дирекция пытается найти те вещи, которые когда-то были в этом здании, или хотя бы отыскать предметы того периода. Например, в Зале лилий стоит мебель, которая многие годы окружала Якоба Гогебашвили. Здесь же и лампа, под светом которой он написал одну из самых значительных для своего народа книг – "Деда эна" ("Родной язык").

Гордостью музея можно считать и костюмы светских лиц. Например, здесь есть копия одеяния царицы Тамары в стиле византийских императриц. Или оригинал шитого золотой нитью платья сестры грузинского полководца Георгия Саакадзе – царицы Теклэ Саакадзе. Тут же писк моды XIX века – пышное черное платье отделанное пухом.

Многие музейные экспонаты – это дорогостоящие подарки потомков выдающихся людей. Такие пожертвования делают не только местные жители, но и иностранцы. Руководитель выставочных программ Лело Чичинадзе говорит, что свои работы, а также фотоколлекцию своей семьи музею пожертвовала и последний потомок Карла Фаберже – Татьяна.

Во время нашего разговора из соседней комнаты послышались шорох и постукивание. Выражение лица Лело Чичинадзе внезапно изменилось. Она оглянулась, потом посмотрела на меня и спросила, слышу ли я этот звук, и откуда он доносится? Я ответила, что из соседней комнаты. Причину беспокойства Лело я поняла чуть позже, когда она рассказала, что вот уже десятилетия ходят слухи о приведении во дворце. А за свою 30-летнюю работу в музее таких рассказов она наслышалась сполна – от сотрудников, местных жителей, гостей. Хотя тут же подчеркнула, что сама никогда приведение не видела:

"В прошлом году сюда пришлая одна очень знаменитая дама. Она попросила показать дворец. Когда мы проходились по комнатам, эта женщина внезапно побледнела. Я несколько раз спросила, не плохо ли ей. На мой вопрос она не ответила. Через несколько дней она вернулась, чтобы оформить контракт. Я ее встретила во дворе. Там ей снова стало дурно. На вопрос, что с ней, она вновь не ответила. Это длилось полминуты. Потом она сказала, что позади меня стоит Аграфена Джапаридзе. Я спросила: если повернусь, увижу ее? Она ответила – может быть. Но я не рискнула".

Эта же женщина сказала, что Аграфена не намерена покидать дворец. Она рада, что наконец-то возвращается в дом утерянное когда-то добро. Понятно, что после этой истории ходить по коридорам и залам дворца я стала с опаской, зеркал и вовсе сторонилась. А до фонда рукописей, который расположен на другом этаже и вовсе шла с напряжением, сократив, как можно, время своего пребывания во дворце. Но не пожалела об этом.

То, что мне показала и рассказала хранитель фондов рукописей и архива документов Тамар Майсурадзе, стоило того. В забитой огромными полками с рукописями комнате стоял запах затхлости. На столе была гордость музея – невмические записи нот песнопений "Аллилуйя" и "Аве Мария" XIV-XV веков. Тут была и партитура, которую Закария Палиашвилил написал своей рукой. Черновой вариант выполнен настолько изысканно, что не разберешь – рукопись это или напечатано. Но самая интересная в ней часть – "Хвала Богу", которую никогда не исполняли, потому что советская власть ее запретила. Тут и нотная запись "Колыбельной", которую Чайковский лично выполнил в Боржоми. А также единственный автограф Штрауса в Закавказье – фрагмент нот вальса:

"Грузинский композитор Сандро Мирианашвили во время ленинградской блокады эту рукопись обменял на кусок хлеба. Некто, когда-то богатый, а потом умирающий от голода человек, продал ее, чтобы прожить еще пару дней. Может, Мирианашвили отдал свой последний кусок хлеба за эти ноты?"

Все эти рукописи Тамара берет аккуратно, надев перчатки. И рассказывает о своем фонде, не скрывая восторга. Восторгается она и любовной перепиской, которая хранится в фондах. Говорит, что читает в день до 30 писем. До сих пор не перестает удивляться "языку любви", который раньше использовали люди, обращаясь к супругам, возлюбленным, любовницам.

Именно с любовью связаны все легенды этого замка. Например, легенда о подземном коридоре, который, якобы, связывал этот дом со зданием напротив. Там жила красавица Цицишвили, в которую был влюблен один из проживающих во Дворце принцев. Георгий Каландия вспоминает рассказ о том, что тот построил этот коридор, чтобы встречаться с возлюбленной:

"Я не знаю, насколько это правда, но когда мы проводили реконструкцию дворца, реставраторы рыли землю вглубь на шесть метров, там нашли большой кирпичный коридор"...

Директор музея говорит, что склонен верить легендам – часто они подтверждаются. Как, например, легенда о потайной комнате, в которой еще до свадьбы встречались Аграфена и принц Ольденбургский. Однако эта комната была на самом деле обнаружена во дворце совершенно случайно.

Вот такой дворец-музей, полный чудес, находится в Тбилиси. А чтобы увидеть его, нужно лишь свернуть с многолюдной центральной улицы Агмашенебели. Вы окажетесь на тихой и тесной улице Каргаретели, где и прячется дом с привидением.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG