Accessibility links

Не за должность, а за жизнь


Операцию, проводимую спецназом ФСБ, невозможно отменить: если есть задание, оно будет выполнено в любом случае

Операцию, проводимую спецназом ФСБ, невозможно отменить: если есть задание, оно будет выполнено в любом случае

В Карачаево-Черкесии идет процесс над капитаном полиции Русланом Рахаевым, обвиняемым в избиении до смерти подозреваемого в совершении кражи. Это дело, получившее громкий общественный резонанс, теперь разваливается в суде.

Капитан полиции Руслан Рахаев из Кабардино-Балкарии воевал с подпольем. Осенью 2011 года по программе защиты свидетелей тридцатидвухлетнего полицейского перевели начальником уголовного розыска в столицу соседней Карачаево-Черкесии – город Черкесск. На новом месте он проработал около месяца. Успешная карьера закончилась в тот день, когда подчиненные оперативники привезли в отдел подозреваемого в краже Дахира Джанкезова – уже немолодого безобидного местного выпивоху, а он возьми да умри через час после приезда. Позже судмедэкспертиза обнаружила, что несчастный умер от травматического шока, после того как ему переломали ребра в двадцати местах, проломили грудину, причинили ушибы легких и сердца.

Пятеро оперативников, доставивших Дахира Джанкезова в отдел, показали на нового шефа, мол, пока они ходили пообедать, бывший спецназовец в считанные минуты забил подозреваемого до состояния, приведшего несчастного к смерти. Недолго думая, начальник УГРО ушел в бега, как говорят родные Рахаева, чтобы провести собственное расследование и доказать свою невиновность.


Этот сюжет, достойный российского сериала про честного "мента", должен был закончиться, толком не начавшись, когда появились данные судмедэкспертизы, из которых следовало, что Джанкезову ломали кости как минимум за шесть часов до того, когда его впервые увидел Рахаев.

"Рахаев не мог убить этого человека, потому что давность повреждений, которая обнаружена при проведении экспертизы, т.е. от момента их причинения к моменту наступления смерти, превышает как минимум 6-8 часов. Наличие ответной клеточной реакции, а конкретно формирование лейкоцитарного вала, является однозначным критерием того, что эти повреждения имели именно такой временной промежуток развития и ни при каких обстоятельствах не могли возникнуть в срок до одного часа", – говорит независимый эксперт Евгений Николаев.

На этом можно было бы поставить точку. Рахаев уже готовился сдаться, но случилось немыслимое: бывший борец с подольем сам оказался в роли боевика.

Тетя Рахаева – Лидия Жабелова вспоминает, как вечером 29 февраля 2012 года племянник позвонил и сказал, что железную дверь квартиры в городе Нальчике по ул. Головко, где он скрывался, заваривает спецназ и, скорее всего, его сейчас убьют:

"Когда к дверям уже подошли, и он услышал звук берцев, Руслан обратился к бойцам через дверь: "Ребята, пожалуйста, если вы пришли сюда из-за меня, дайте мне возможность выйти, я такой же сотрудник, как и вы, я не вооружен. Дайте возможность встретиться с кем-то и переговорить". В ответ ему посоветовали отойти в сторону, чтобы не пострадать, а потом предложили включить свет и подойти к окну. Оказывается, это для того, чтобы снайпер мог выстрелить. Руслан был уверен, если бы трюк со снайпером не сработал, его бы забросали гранатами, потому что в квартире наверху уже вскрыли дверь (хозяйки не было дома) и собирались пробить дыру в потолке".

По Рахаеву работал спецназ ФСБ России, базирующийся в Ессентуках. Операцию, проводимую спецназом ФСБ, невозможно отменить: если есть задание, оно будет выполнено в любом случае, без оглядки на мнение местных властей. Но случилось чудо. Во внешнем периметре оцепления оказались сослуживцы Рахаева, их усилиями спецоперация была отменена.

Командировка элитного подразделения согласуется с республиканским оперативным штабом и местным руководством ФСБ, т.е. остается только гадать об уровне чина, который мог себе позволить дать команду или поспособствовать визиту спецназа явно в личных целях, не опасаясь за возможные последствия. Непонятно и другое: как, в общем-то, конфликт на низовом уровне МВД мог затронуть интересы столь важной персоны?

"Адвокаты отказывались от нас, нам говорили, что все наши усилия спасти Руслана закончатся тем, что нас "потеряют" между двумя республиками (КБР и КЧР), а его убьют", – говорит Лидия Жабелова.

Суд идет, Руслану Рахаеву, судя по всему, свою карьеру уже не спасти, остается только бороться за жизнь. Борются за свое будущее и бывшие подчиненные: в деле появились повторные экспертизы из Ростова-на-Дону и Краснодара, по выводам которых оказывается, что в некоторых случаях, наперекор всем биологическим законам, лейкоцитарный вал может развиться за один час. Так, суд над полицейским превратился в некий спор то ли о вновь открывшихся способностях человеческого организма, то ли о возможностях заинтересованных сторон.
XS
SM
MD
LG