Accessibility links

ВАШИНГТОН---Парламент Грузии принял резолюцию "Об основных направлениях внешней политики". Данный документ, среди прочего, не рекомендует руководству страны вступать в дипломатические отношения и интеграционные союзы с государствами, признающими независимость Абхазии и Южной Осетии. При этом приоритетами грузинской внешней политики называются европейская интеграция и вступление в НАТО. Чем было вызвано принятие резолюции? Почему она появилась именно в марте нынешнего года? Означает ли это конец едва начавшейся "оттепели" в отношениях между Москвой и Тбилиси?

Прежде чем давать оценки парламентской резолюции, следует обозначить два принципиально важных тезиса. Во-первых, появление любого политически значимого документа, как правило, продиктовано совсем не стихийным творчеством того или иного деятеля. Оно определяется совокупностью условий, которые актуализируют именно это, а не другое решение. Во-вторых, процесс любой нормализации двусторонних отношений (даже если в итоге он завершается успехом) не развивается по линейке. Напротив, за многообещающими заявлениями обычно следуют отступления. Просто потому, что изначальные позиции сторон подчас диаметрально отличаются, а их согласование происходит не в вакууме, оно подвержено влиянию третьих, а иногда четвертых или пятых сил.


Стоит отметить, что мартовская резолюция – это первый консенсус между двумя ведущими политическими силами страны – коалицией "Грузинская мечта" и "Единым национальным движением" – за все время после установления двоевластия. И появился он неспроста. И вовсе не потому, что позиции премьер-министра и президента вдруг чудесным образом сблизились. Впереди у грузинских политиков трудные испытания. Осенью предстоят выборы главы государства, а затем и реализация конституционных поправок. В этих условиях практически непрекращающейся избирательной кампании российская тема является сюжетом не только внешней, но и внутренней политики. Иванишвили и его соратники прекрасно помнят, как их оппонентам в прошлые годы не раз удавалось успешно мобилизовать общественное мнение вокруг таких идей, как сплочение нации и угроза с Севера.

Понятное дело, сегодня у "националов" нет информационной монополии и административного ресурса, сопоставимого с тем, который имелся до октября 2012 года. Но фактор Запада никто при этом не отменял. И внутриполитическая борьба между премьером и президентом, идущая параллельно с российско-грузинской нормализацией, вызывает в Вашингтоне и в Брюсселе большие сомнения в том, что новая грузинская власть является надежным союзником. Сразу оговорюсь. Вокруг этих страхов намешано немало комплексов и стереотипов, главный из которых - это отождествление процесса нормализации со свертыванием рыночных реформ и демократических свобод. Ярким примером такого подхода стало обращение к Иванишвили политиков из Европы с призывом не лишать страну европейских перспектив. Как будто бы таковые зависят от воли одного или даже группы политических лидеров!

В итоге правительство оказывается в сложных условиях – "оттепель" с Москвой быстрых результатов не сулит. Кремль четко и недвусмысленно заявляет о незыблемости своих позиций по Абхазии и Южной Осетии, а рынок для грузинской продукции еще не открыт. Тут, говоря словами известного лидера, процесс только пошел. Но еще не пришел хотя бы к промежуточному результату. Отсюда и уязвимость для критики, эффект от которой будет умножаться, если Запад полностью разочаруется в "Грузинской мечте". Конечно же, следует держать в уме и то, что среди "мечтателей" также находятся сторонники натовского и европейского выбора.

Многие из них агитировали против вступления Грузии в СНГ в 1993 году, когда Саакашвили еще не был раскрученным политическим деятелем. И сегодня они вовсе не жаждут броситься с закрытыми глазами в объятия Москвы. Один или два неверных шага – и единство коалиции можно поставить под угрозу. Совершенно не случайно появление резолюции в канун визита спикера парламента (представляющего коалицию "Грузинская мечта") Давида Усупашвили в США, а также обращения Бидзины Иванишвили к эпистолярному жанру общения с "объединенной Европой". Сегодня для правительства и парламентского большинства важно убедить Запад, что не они, а скорее, экстравагантный президент Грузии несет угрозу демократии и стабильности, а нормализация отношений с северным соседом - не самоцель, а важный инструмент укрепления региональной и национальной безопасности и способ урегулирования затяжных конфликтов.

Нанесет ли резолюция удар по российско-грузинской "оттепели"? Наверное, если бы в ходе недавней пражской встречи представители Тбилиси и Москвы уже договорились бы об установлении дипотношений, то ответ был бы очевиден. Но пока что "оттепель" не растопила даже маленькие льды, не говоря уже о мощных айсбергах. К тому же резолюция – не закон и не конституционная норма. И не зря поэтому "националы" уже выражают недовольство исключением из текста ряда формулировок и настаивают на конституционном закреплении внешнеполитического выбора Грузии. Таким образом, резолюция стала отражением и сложившегося двоевластия, и сложного лавирования двух грузинских центров силы как внутри страны, так и на международной арене. Игра продолжается. И, скорее всего, подобного рода документов до осени 2012 года будет еще немало.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG