Accessibility links

Михаил Саакашвили отдал Бидзине Иванишвили то последнее, что не мог не отдать. И выиграл то, что ему только и оставалось выиграть. Михаил Саакашвили стал почетным президентом Грузии, и это не так уж мало.

По факту он стал таковым еще полгода назад. Хотя оптимисты верили в реванш. История принятия конституционных поправок – это история вынужденного и обреченного смирения. Оно, кстати, и называется демократией. В склонности к которой Михаил Саакашвили прежде замечен не был.

Развязка вышла логичной по сути, но довольно экстравагантной по исполнению.
Выбор, к которому Саакашвили привел Грузию, вовсе не сводится к навязшему в зубах "реформы и Запад или Восток и косность". Выбор прозаичнее. Можно по-прежнему верить в судьбоносность конституционных поправок. А можно больше не искать идейные различия между "Грузинской мечтой" и "националами". И смириться с тем, что проделанный за десять лет путь от Шеварднадзе до Иванишвили и есть итог революции.


С одной стороны, обман налицо – путь изначально предполагался куда более далеким. Тех правителей, которые делают настоящие реформы, как Март Лаар или Бальцерович, ненавидят и больше никогда не выбирают. Саакашвили не выбрали за то, что он обманул и в этом.

С другой стороны, какие-никакие, но метры пройдены, и не факт, что их удалось бы одолеть кому-то другому.

Выбор невозможен. Потому что на самом деле и этот выбор лукав. Саакашвили судят так, будто и в самом деле верят, что правитель должен исходить из заботы о всеобщем благе, процветании, прогрессе и прочей политической мудрости. А не из банальной личной рефлексии.

Но в нашем случае все удивительно запутывается.

И можно сделать в этой лукавой игре еще несколько ходов. Представление начинается.

Итак, Саакашвили честно сделал все, что мог. И это ложь, что Саакашвили, проиграв выборы, грезил о реванше. Ведь он еще до выборов понимал, что его ресурс исчерпан, каждый его день во власти – шаг назад. И с самого утра 2 октября он был озабочен только одним: передача власти должна пройти без потрясений. Чтобы все поняли противники и не обвинили в капитулянтстве сторонники.

И власть действительно передавалась. Каждый день по малой толике. И, наконец, вместе с конституционными поправками передалась вся. То, что выглядело капризом, было на самом деле лишь операцией прикрытия. Президент Саакашвили грузинским Дэн Сяопином не будет. Он станет для Грузии большим: первым в ее истории президентом, ушедшим без революций и без стрельбы. Он понимал, что как человек, сделавший революцию, не может поступить иначе, не должен он биться за власть любой ценой…

Пробуждаемся. Все помним: бился, разгонял, обманывал. Выстроенная им модель никакой честности от власти не требовала.

Но вот ведь шутка: то, что случилось в пятницу, парадоксальным образом венчает наш идиллический сценарий про мудрого и просвещенного правителя. Никто, конечно, не поверит в просветление человека, который 10 лет всех удивлял чем угодно, кроме способности к нему. Который превратил собственную революцию в профанацию. И радоваться остается только одному: вместо Шеварднадзе теперь хотя бы Иванишвили. Цвет роз оказался глубоко и необратимо желтым.

Но ведь результат налицо. Тот, о котором Саакашвили, конечно, не думал. Но тот, который – главное.

История иногда берет свое. Даже у Саакашвили, который в ее сценарии мог бы выглядеть мудрым правителем, если бы ему хоть кто-нибудь поверил. Он, впрочем, этой веры никогда и не добивался. И это очень логичная развязка. Он даже не "хромая утка". Кому до сих пор удавалось побыть почетным президентом, еще не покинув свой президентский пост?

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG