Accessibility links

Аспекты репатриации


УВКБ ООН предложило предоставить репатриантам из Сирии статус беженцев, но они категорически отказались, заявив, что вернулись домой

Вот уже два года в Сирии не утихает гражданская война, унесшая жизни десятков тысяч и сделавшая беженцами сотни тысяч жителей страны. Но если говорить о многих живших и живущих в Сирии потомках адыгских, абхазских и абазинских махаджиров XIX века, то тут вспоминается поговорка про клин, который выбивают клином: эта война их подтолкнула к переезду на историческую родину.

В Абхазию, которая сама еще далеко не залечила раны бушевавшей здесь двадцать лет назад войны, с мая прошлого года переехало жить 186 членов абхазо-адыгских семей из Сирии. Эту цифру привел, выступая в минувшую пятницу в ходе беседы за круглым столом в Госкомитете по репатриации министр иностранных дел республики Вячеслав Чирикба. "УВКБ ООН предложило предоставить репатриантам из Сирии статус беженцев, но они категорически отказались, заявив, что вернулись домой", – сказал Чирикба. В течение предстоящих двух недель в Абхазию намерены вернуться еще около 200 человек. "Более двух миллионов человек вынуждены были бежать из Сирии и в настоящее время находятся Иране, Турции, Ливане и других странах. Абхазы никуда, кроме Абхазии, ехать не хотят", – сказал там же представитель МИДа Абхазии в Сирии Шараф Маршан.


В обсуждении проблем репатриации приняли участие вице-спикер парламента Адгур Харазия и другие парламентарии, секретарь Общественной палаты Нателла Акаба, председатель Госкомитета по репатриации Зураб Адлейба, руководитель НПО "Национальные ресурсы" Циза Гумба, представители общественности Роланд Ажиба и Дмитрий Аргун, предприниматели Сонер Гогуа и Рамзи Арютаа и другие. Репатриант Зиуар Арютаа, недавно приехавший из Сирии, поблагодарил руководство Абхазии и простых людей за то, что репатриантов тепло встретили и окружили заботой. Он также считает необходимым принятие четкой и понятной программы, в которой будут определены все обязанности репатрианта и государства. В противном случае будут постоянные требования. "Если человек начал работать, то он должен быть лишен пособия; необходимо обязать местные администрации помогать репатриантам с трудоустройством", – сказал он.

Активно обсуждаются различные аспекты репатриации и в блогосфере. В частности, такой вопрос, как расселение потомков махаджиров. Пока половина прибывших из Сирии живет в сухумском пансионате "Айтар", который с прошлого мая стал для них неким перевалочным пунктом, а половина – в многоэтажном доме в селе Дранда. На днях в одном из телесюжетов показывали коттеджи, которые строятся для репатриантов в селе Мачара того же Гулрыпшского района, причем, как я понял, не только для тех, кто из Сирии. Но некоторые интернет-пользователи активно возражали против такой практики: да, мол, новоприбывшие репатрианты в массе своей не знают ни по-абхазски, ни по-русски, и им, безусловно, поначалу проще быть вместе, но не возникнут ли в результате в Абхазии "арабские" поселения, и не затянет ли это процессы адаптации репатриантов и их интеграции в абхазское общество. Кое-кто говорил и о "турецких поселениях", хотя среди репатриантов из Турции многие владеют разговорным абхазским, и их возвращение на родину предков происходит более растянуто во времени.

Есть ли среди интернет-пользователей вообще недовольные приездом репатриантов? Да, такие голоса звучали, обычно это были высказывания тех, кто вопрошал: а чем провинились обездоленные семьи, члены которых родились и выросли в Абхазии, но которым государство не оказывает подобной помощи? Но подавляющее большинство участников обсуждения выступали резко против таких мнений, подчеркивая, что достойный прием репатриантов – это не только дело чести для нас, но и восстановление исторической справедливости.

А вот мнение, которое высказывает в письме в последнем номере газеты "Эхо Абхазии" читатель из Гудауты Русланом Шамба. Он возражает против распространенного мнения, что репатриантов следует селить в отдаленной сельской местности. Здесь, считает он, необходимо учитывать следующее. После махаджирства царские власти запрещали абхазам, как оставшимся на родине, так и тем, кто возвращался из махаджирства, проживать в Сухуме и по морскому побережью. Делалась это для того, чтобы еще больше ослабить "виновный народ", не допустить коренное население в наиболее значимые места. Затем эту политику развивали тбилисские власти. Именно в Сухуме они старались в первую очередь ограничить число абхазского населения и создать свое большинство. Сейчас ни царских, ни грузинских властей нет, но уже среди нас, мол, находятся люди, которые, исходя из каких-то своих соображений, невольно солидаризируются с колониальной политикой размещения населения. И в первую очередь именно в столице республики, считает он, нужно селить репатриантов. Это снимет многие проблемы. Ведь проживание в Сухуме означает не только пользование благами столичного города. Здесь больше, чем где-либо в Абхазии, есть условия для того, чтобы человек, начинающий свою жизнь в новом месте, смог как-то закрепиться, встать на ноги. В столице работают детские сады, школы, другие учебные заведения, объекты здравоохранения, учреждения культуры, лучше организован транспорт и т.д.

По мнению же участника упомянутого ранее круглого стола, представителя общественности Роланда Ажиба, если репатрианты до приезда в Абхазию всю жизнь жили в городах, то расселять их надо в городах Абхазии, поскольку многие из них никогда не видели даже живой курицы, а тех, кто жил или захочет жить в сельской местности, – селить в абхазских деревнях.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG