Accessibility links

Бидзина Иванишвили за полгода своей власти не ответил ни на один вопрос. Он ничего не сказал тем, кто заранее полагал его победу набором колоссальных рисков. Он ничем не обнадежил тех, кто верил в восстановление отношений с Россией. Или, наоборот, верил, что не изменится путь на Запад.

Он вообще ничего не сказал о том, как изменится жизнь после Саакашвили. Если все сделанное, арестованное и подвергнутое остракизму за полгода понимать как буквальный ответ, получится примерно так: будет так, как было при Саакашвили, но без него. И по инерции.

Кто-то улыбнется. И напрасно.

Бидзина Иванишвили – будто человек без свойств. Он даже не популист. У него совсем другой секрет успеха. Он естествен. Он может себе позволить жить и править без неожиданностей и вычурностей. Не делать разницы между политическими декларациями и человеческими реакциями. А поскольку в силу политического опыта и мировоззрения его реакции вполне обывательские, ему совершенно необязательно быть популистом, чтобы заслужить народную любовь.


За полгода он сделал то, что было для него естественно, очевидно, органично и легко. Он сказал, что нельзя так плохо жить с Россией, и все согласились. Он помнит железную дорогу, которая шла из Москвы к морю, вдоль моря до Тбилиси и Еревана. Разве это было плохо? Значит, пусть будет. Тут, правда, выяснилось, что абхазам, с которыми пришло время мириться, эта дорога совершенно не нужна. Что Азербайджан оскорблен самой готовностью Тбилиси разблокировать Армению. В другой ситуации, в другой стране и с другим лидером запахло бы конфузом. Но Бидзина Иванишвили легко опрокидывает стереотипы. Он точно так же по-обывательски отмахивается от того, что сказал минуту назад, переиначивает, чтобы уже никто не удивлялся, когда через несколько дней он точно так же снова все опровергнет.

И никто не удивляется, и это очень полезно с ситуациями, в которых действительно нет решения. Как, кстати, с той же железной дорогой. На европейской премьере Иванишвили в ПАСЕ аудитория очень интересовалась перспективами отношений с Россией. Любой другой выглядел бы неубедительно, отвечая на вопрос, на который нет ответа в принципе. Для Иванишвили это была его стихия. Его зал. Иванишвили – человек, от которого никто не ждет точного ответа. Он не проигрывает. Он дерзко отвечал российским депутатам, он в наступательной манере обсуждал параллели с Косово. Он не робел в общении с залом, который не скрывал, что Иванишвили явно проигрывает в сравнении с Саакашвили, который поражал их французским и английским. Он не стал нравиться залу, он знал, что хуже к нему относиться не будут. Он снова был застрахован от необходимости искать ходы.

Кто-то прочитает и засмеется. Оказывается, он планировал построить в Грузии 60 заводов, по одному в каждом районе. Он сокрушается: получается медленно. Можно, говорит он, хоть сто построить. Но уже месяц у него испорченное настроение из-за истории с министром сельского хозяйства. И потому ничего не строится. Те, кого интересует, какая связь между заводами и министром, все равно давно проиграли. А он опять выиграл. Он странен. Зато честен. Он ни с кем не заигрывает. Ни под кого не подстраивается, ни под избирателя, который за него все равно голосует, ни под евронедоброжелателей. Он такой и есть. Плоть от плоти. Пусть иногда и смешон.

Но зачем?

У нормальной власти один мотив – честолюбивое самоутверждение. У ненормальной власти – наслаждение самой властью. Иногда с возможностью "кушать" подданных. Обогащение, в конце концов. У особо ненормальной власти постсоветского типа бывает так, что, кроме власти, ничего вообще нет.

Во всех случаях, кроме последнего, правитель обречен на то, чтобы хоть чем-то удивить, необязательно мудростью. Этого по нынешним временам никто и не ждет. Можно алчностью, коварством. Можно мстительностью, которая не ограничивается расправой с предшественниками, а зовет к разрушению всего того, что они сотворили. В общем, хоть к каким-то изменениям. К каким-то неожиданностям. Славный "Человек без свойств" Роберта Музиля тоже шел в мир, привыкнув к тому, что ни в чем не нуждается, в том числе и во вдохновении. Будто от всего устав. Без блеска в глазах, будто обреченно все время делая совершенно не то, что хотел.

Когда Бидзина Иванишвили шел побеждать, – во что никто, впрочем, не верил, – все тоже спрашивали – зачем. Спустя семь месяцев после победы и полгода реального властвования, – это, пожалуй, самый главный вопрос из всех тех, на которые он так и не ответил.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG