Accessibility links

Нино Болквадзе: "Государство недееспособно – это самый ужасный результат"


Юрист НПО "Идентоба" Нино Болквадзе

Юрист НПО "Идентоба" Нино Болквадзе

ПРАГА---Продолжает тему наша пятничная рубрика "Гость недели". Незадолго до программы я взял интервью у одной из участниц сегодняшней акции, юриста НПО "Идентоба" Нино Болквадзе.

Дэмис Поландов: Нина, у нас есть рубрика – "Гость недели", куда мы приглашаем людей, которые были участниками каких-то важных событий. На этой неделе самое громкое событие пришлось на сегодняшний день, на пятницу. Вы сегодня были участницей этой акции, вы могли бы описать, что вы испытывали, прежде всего? Стала ли неожиданностью эта массированная акция, которую предприняли противники сегодняшнего мероприятия?

Нино Болквадзе: Неожиданностью стало не массированное выступление, направленное против нашей акции, а то, что неделями раньше компетентные органы нам обещали, что безопасность будет обеспечена на самом высоком уровне, и когда мы оказались в гуще событий, оказалось, что там не было достаточного числа полицейских, у них не было оборудования – ни резиновых дубинок, ни машин, которые разгоняют акции, если они принимают незаконный характер. А то, что контрдемонстрация приняла незаконный характер, уже подтвердили как неправительственные организации, так и омбудсмен Грузии.Т.е. они стали осуществлять насилие, и в этот момент полицейских было мало, и они практически ничего не делали.


Дэмис Поландов: Как вы считаете, вообще, власти могли предполагать, что придет так много противников этой акции?

Нино Болквадзе: Конечно, они предполагали, когда мы с ними разговаривали. Мы стали готовиться к этому дню три месяца назад, и на одной из встреч, когда я спросила одного из высокопоставленных чиновников: как вы думаете, сколько людей может прийти на эту акцию с той стороны, на контрдемонстрацию, он мне сказал, что это может быть порядка 10 тысяч человек и больше. И в этот момент мы все поверили, что делаем одно и то же дело вместе с властью. А оказавшись в гуще событий, мы поняли, что остались одни. Ощущение, о котором вы говорили, в тот момент, когда мы оказались в автобусах, я разговаривала с нашими активистами, которые оказались в маршрутке, в которой выломали все окна, т.е. полиция была, они добрались до маршрутки, выломали окна и поломали голову одной молодой женщине, которая сидела в этой маршрутке. Там сегодня могли быть десятки жертв, убитых, и мы просто чудом избежали этого, и не потому, что полиция вовремя сработала, а потому, что участники акции – люди молодые и быстро бегали. Они быстро добрались до этих автобусов, которых могло не хватить, если бы участников было больше, – там было всего три автобуса, – и тогда бы участь тех, кто не попал в эти автобусы, была бы решена однозначно – они были бы убиты.

Дэмис Поландов: Насколько велика была роль патриарха и, вообще, церкви? Как она себя повела в этой ситуации? Считаете ли вы как юрист, что церковь должна нести юридическую ответственность за то, что сегодня происходило?

Нино Болквадзе: Я думаю, что каждый человек, вне зависимости от его чина и сана, должен нести ответственность как обычный гражданин Грузии, и все те люди, вне зависимости от того, были ли это духовные лица или гражданские, либо чиновники, либо контрдемонстранты, либо организаторы контрдемонстрации, – они все должны понести ответственность, должно быть проведено расследование. Причем, расследовать особенно нечего, и оно, по идее, должно быть очень быстро проведено, потому что все зафиксировано на видео. Медиа было очень много и, соответственно, видеокамер, и видно, насколько смешно выглядели те редкие полицейские, которые удерживали тысячи людей, т.е. доказывать нам нечего – все видно, как на ладони. Единственное, что нужно, – это пресловутая, треклятая политическая воля. Никто не знает, что это такое – какое-то эфемерное понятие. Мы думаем, что нужно предотвратить последующее насилие, т.к. угроза велика как по отношению к участникам демонстрации, так и по отношению к организаторам демонстрации, сотрудникам организации "Идентоба", их друзьям, людям, которые поддерживают их.

За месяц до этого была информационная кампания, и почти каждый день мы, в том числе и я, появлялись в разных передачах, объясняли людям, что это никакой не гей-парад, что это акция в защиту прав человека. Я думаю, что первая задача – предотвратить последующее насилие, которое может оказаться хуже того, что случилось сегодня. Мы знаем, что физически пострадавших – 17 человек, а морально, – я не говорю. Люди, которые были в маршрутках и автобусах, особенно в той маршрутке, в которой выломали все окна, мысленно прощались с жизнью и со своей семьей. Маршрутка была переполнена, и я думаю, что все люди почувствовали то же самое. В автобусах положение было чуть лучше, потому что по ним стучали, но не добрались до окон. Автобусы были обычные, рейсовые, не бронированные.

Дэмис Поландов: Вы можете сравнить сегодняшний день с событиями годовой давности? Возросла ли угроза вашей жизни, ваших соратников.

Нино Болквадзе: Во сто крат, конечно. В прошлом году была несколько другая ситуация, хотя стиль был очень похожим – правоохранительные органы пообещали сделать все, что будет нужно. В нынешнем году они с нами встретились, были обещания, почти каждодневный контакт в последнюю неделю, т.е. они нам придали уверенность, что мы можем собраться, и мы в это поверили. В прошлом году гарантий и обещаний было меньше, и людей на демонстрации, соответственно, было меньше. И жертв было меньше, т.е. пострадавших физически, хотя, с другой стороны, конечно, нарушений было множество. Но в прошлом году еще был такой момент: от недостатка информации общество не успело понять, что происходит.

Были религиозные и духовные экстремисты и их соратники, их было немного, и когда началось избиение, фактически наших посадили в машины и увезли оттуда, чтобы они не стали жертвами. А нынешний сценарий, я думаю, гораздо хуже. Конечно, статьи Конституции и Европейской конвенции будут одни и те же, но пострадавших, во-первых, больше, а во-вторых, то, как повело себя государство в этом случае, когда оно показало, что абсолютно неспособно защитить своих граждан, вот это – самый ужасный результат. Я думаю, что после этого ни один человек, который захочет высказать иное, нежели у большинства, мнение по любому вопросу, не почувствует себя безопасно. Это был такой удар по демократии, что, я думаю, Грузия будет очень долго приходить в себя после него.

Дэмис Поландов: Я как раз хотел спросить вас, каков настрой в вашей организации, собираетесь ли вы в таких условиях, например, в следующем году проводить аналогичную акцию?

Нино Болквадзе: Сейчас у нас не стоит такая задача – думать об этом, потому что наша задача сейчас – выжить физически, максимально обезопасить свои семьи, знакомых, принять все меры по их безопасности, а уже потом уже идет вторая задача – сохраниться как организация, т.е. чтобы мы могли работать. Контрдемонстранты собирались разгромить наш офис. После прошлогодней акции 17 мая нам пришлось сменить офис. Я не знаю, как мы будем решать эту проблему в этом году. Получается, что нарушаются уже две статьи Конституции, в которых говорится, что каждый гражданин должен быть обеспечен как свободой собраний, так и свободой слова. Теперь добавляется еще одна – свобода объединения, т.к. если мы не сможем работать. Несмотря на то что мы официально зарегистрированы, получается, что и это право будет нарушено, но я не хочу заходить так далеко и быть пессимистичной. Хотя, что остается…

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG