Accessibility links

Что ждет "фантомные" образования?


Если есть возможность жить, работать, путешествовать по миру с российским паспортом, то какая разница, сколько еще стран признает Южную Осетию?

Если есть возможность жить, работать, путешествовать по миру с российским паспортом, то какая разница, сколько еще стран признает Южную Осетию?

Многие югоосетинские чиновники и политики с уверенностью говорят, что в ближайшем будущем прибавится стран, которые признают их суверенитет.

В любом этнотерриториальном конфликте одна сторона апеллирует к принципу территориальной целостности, а другая – к праву наций на самоопределение. По мнению директора Института стратегических оценок Александра Коновалова, проблема состоит в том, что никто в мире не знает, что важнее. Эта дилемма – вызов безопасности XXI века. Александр Коновалов говорит, что в случае с Косово Евросоюз впервые после Второй мировой войны признал изменение границ в Европе с помощью внешней военной силы. Этот прецедент открывает ящик Пандоры: если можно Косово, почему нельзя Южной Осетии, Абхазии или Приднестровью. При этом не факт, считает эксперт, что это окончательный список территорий, которые могут потребовать своей независимости:


"Россия никогда не выступала за признание независимости Южной Осетии и Абхазии. Она все время подчеркивала, что уважает территориальную целостность Грузии, и если бы Саакашвили не натворил дел в 2008 году, то Россия не стала бы отказываться от этой позиции. Дело в том, что, признав независимость Южной Осетии и Абхазии, она занесла в свой дом тикающую бомбу, потому что когда-нибудь обязательно будет задан вопрос: "Если им можно выйти из Грузии, то почему Дагестану нельзя выйти из России?" Это нам всем еще аукнется. Массированного признания Южной Осетии и Абхазии не будет. У меня такое ощущение, что вряд ли Европа когда-нибудь их признает. Но все будут требовать, чтобы ни в коем случае не решался вопрос с помощью военной силы".

Для таких государств, как Южная Осетия, в современном политологическом словаре существует несколько определений – "непризнанные", "фантомные" или "государства с ограниченной признанностью". Число таких образований растет, географическая карта мира меняется на глазах, и этот процесс, наверное, уже невозможно игнорировать. Пару лет назад в газете "Вашингтон пост" была опубликована статья, автор которой выразил мнение, что мировому сообществу необходимо изменить отношение к т.н. фантомным государствам. Необходим новый дифференцированный подход: признавать или не признавать их в зависимости от демонстрируемой ими способности строить гражданское общество, вменяемые институты власти.

Российский политолог Модест Колеров считает, что все эти игры с терминами "ограниченная признанность" и т.п. таят в себе лукавство:

"Эта игра с терминами имеет целью зафиксировать неполноценность этих стран и пригласить их преодолевать эту самую "неполноценность". По моему глубокому убеждению, Абхазия и Южная Осетия не нуждаются в такой острой, быстрой системе мер по расширению своего признания по одной простой причине: все они российские граждане, с российскими паспортами они не имеют ограничений в передвижении по миру. Вот и все".

Более того, считает Модест Колеров, перспективы Южной Осетии и Абхазии никак не связаны с проблемой широкого признания их государственности:

"Перспективы этих государств зависят от способности их элит справиться с доставшимся им признанием, за которое они так долго боролись и, наконец, получили. Для этого мир не должен измениться, для этого политический класс должен стать более ответственным. А мир изменится неизбежно, но этот будущий изменившийся мир будет миром хаоса, а не новой системы. Из этого надо исходить".

И в самом деле, к чему суетиться, если безопасность гарантирована?
Если есть возможность жить, работать, путешествовать по миру с российским паспортом, то какая разница, сколько еще стран признает Южную Осетию?


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG