Accessibility links

Больные "предатели" родины


С одной стороны, ехать в государство, с которым находишься в состоянии конфликта, кажется многим чем-то сродни предательству, но с другой, если речь идет о жизни или смерти, выбирать особо не приходится

С одной стороны, ехать в государство, с которым находишься в состоянии конфликта, кажется многим чем-то сродни предательству, но с другой, если речь идет о жизни или смерти, выбирать особо не приходится

Руководство Южной Осетии отрицательно относится к участившимся фактам вывоза больных на лечение в Грузию при содействии Международного Комитета Красного Креста. Накануне президент Леонид Тибилов заявил, что для граждан республики единственным легальным направлением является российское, на котором есть множество медицинских учреждений.

Глава республики сослался на специальное постановление правительства, в котором говорится, что "при содействии Международного Комитета Красного Креста больной может быть направлен в иные государства в исключительных случаях, если состояние больного не позволяет осуществлять транспортировку в медицинские учреждения Российской Федерации".

Моя собеседница, которая согласилась пообщаться на условиях анонимности, говорит, что со вчерашнего дня ее знакомые обсуждают новость о том, что вывозить на лечение больных в Грузию Красный Крест уже не будет. Но для многих выезд за пределы Южной Осетии становится единственной возможностью не просто поправить здоровье, а зачастую спасти жизнь. Недавно и ее семья столкнулась с подобной проблемой: местные врачи не смогли поставить точного диагноза, владикавказские медики честно признались, что не имеют опыта лечения болезни ее дочери. Оставался только вариант лечения в одной из клиник Тбилиси, которым они и воспользовались. Спросила я ее и про предложения взять грузинское гражданство, которые якобы делаются больным из Южной Осетии представителями грузинских спецслужб.


"Гражданство не предлагали, – сказала она, – спецслужбы действительно приходили, но одна из нас тут же позвонила сотрудникам МККК в Грузии, и те подняли шум. А деньги у Дмитрия Санакоева берут на лечение те, кто не в состоянии его оплатить. Это все от бедности, ведь пять дней обследования, к примеру, без лечения стоят 40 тысяч рублей".

Моя собеседница уверена, что к этой проблеме ни в коем случае нельзя примешивать политику, ведь речь зачастую идет о здоровье детей.

"Своим оппонентам, которые упрекают нас в том, что мы вывозим своих детей в Грузию, обычно я отвечаю так: им дает деньги на медицину Запад, нам – Россия. Так постройте же один такой центр или в Цхинвале, или во Владикавказе, я вас уверяю, никто туда больше ездить не будет".

Источник в правительстве Южной Осетии рассказал мне, что экстренных больных вывозить не запрещено, все дело в том, что выехать в Грузию через МККК пытаются и те, кто не нуждается в экстренной помощи, и число таких людей растет день ото дня. Именно этим он и объяснил заявление президента Тибилова. При этом мой источник подчеркнул, что важен не сам факт предоставления медицинских услуг в Грузии гражданам Южной Осетии, а то, что Тбилиси использует этот фактор в политических целях. "Это часть государственной стратегии Грузии по реинтеграции РЮО в ее состав". Мой собеседник был уверен, что только ради этого граждан республики охотно обслуживают в грузинских клиниках.

Глава парламентского комитета по здравоохранению и социальной политике Александр Плиев считает, что, конечно, жители республики не должны в таком количестве выезжать в соседнее государство, с которым у Южной Осетии нет ни политических, ни иных соглашений, но исключения допустимы:

"Есть такие ситуации, когда, например, дети, экстренные ситуации, когда невозможна транспортировка через перевал. И мы вынуждены отправлять их в Грузию. Это должны быть единичные случаи, это должно быть обосновано, в том числе в первую очередь медиками. Недавно была маленькая 11-летняя девочка: у нас не было возможности обследовать ее, была нужна компьютерная томография. К сожалению, компьютерная томография впоследствии показала наличие опухоли у этой девочки. Она была уже в коме, и транспортировать через перевал ее было уже невозможно".

На вопрос о том, как найти выход из проблемы, Александр Плиев ответил так:

"В первую очередь надо думать о том, как поднимать нашу медицину здесь. Первым долгом ставить компьютерный томограф. Из-за его отсутствия очень много людей и выезжают в Грузию. Готовить и дальше наши медицинские кадры. За два года мы можем достичь определенного уровня, конечно, не скажу, что уровня тбилисских медцентров, но томограф помог бы уже на 80% лечить здесь своих больных. Это уже вопросы к правительству, министру здравоохранения. И, конечно, есть еще одна проблема: уменьшилось наше финансирование по квотам на лечение в России. Дорогостоящее лечение наших граждан оплачивалось через спецсчет, сейчас эти деньги предназначены на решение других вопросов, соответственно, уменьшилось количество направлений в лучшие медцентры РФ".

Проблему выезда граждан Южной Осетии на лечение в Грузию называют в республике палкой о двух концах: с одной стороны, ехать в государство, с которым Южная Осетия находится в состоянии конфликта, кажется многим чем-то сродни предательству, но с другой, если речь идет о жизни или смерти, выбирать особо не приходится.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG