Accessibility links

"Получилось некое государство"


Быть может, за экспертным недовольством стоит чисто человеческое сочувствие и желание увидеть пример того, как вынужденное геополитическое решение привело к процветанию или хотя бы нормальному развитию Южной Осетии

Быть может, за экспертным недовольством стоит чисто человеческое сочувствие и желание увидеть пример того, как вынужденное геополитическое решение привело к процветанию или хотя бы нормальному развитию Южной Осетии

Научный сотрудник института экономики РАН Александр Караваев называет два основных вызова, на который ответила Россия, признав независимость Южной Осетии. Во-первых, она получила возможность легитимного военного присутствия в республике и, соответственно, решила проблему физической защиты Южной Осетии на основании двухсторонних межгосударственных соглашений. Во-вторых, Россия получила возможность открытого участия в развитии региона.

"Неважно, что собой представляет политический статус Южной Осетии, главное, что эта территория должна развиваться, – говорит Александр Караваев. – В свою очередь, это развитие возможно только на рельсах нормальной юридической базы, т.е. должна быть возможность выстраивать отношения с институтами развития – с частными компаниями, государственными структурами – посредством законодательства и легитимности. Так вот сейчас эта легитимность существует. Другое дело – трудно что-то сделать в условиях Южной Осетии".


В чем причина этих трудностей? Что тормозит развитие республики, становление ее государственности, несмотря на колоссальную российскую помощь?

Этот вопрос я задал российскому политологу Модесту Колерову:

"В Южной Осетии не удалось сформировать устойчивую систему власти, ответственный политический класс, и поэтому не удалось создать государственные институты – не как попытку самоуправления или обслуживания российской помощи, а как институты суверенной государственности", – ответил мне Модест Колеров.

По мнению политолога, эта ситуация удивительна потому, что в предыдущие двадцать лет эти институты были созданы в самых невыгодных, самых отвратительных исторических условиях, когда, казалось, нет никаких шансов, чтобы народ самоорганизовался и защитил себя, говорит Колеров:

"И вот когда народ получил полный карт-бланш, полную свободу государственного творчества, вдруг оказалось, что органы военной демократии, фронтового выживания уже не работают. Оказалось, что в новых условиях нужны институты, которые потребуют не только самоотверженности, но умения управлять, считать деньги, оценивать перспективы экономического развития. К этому политический класс Южной Осетии оказался не готов".

Модест Колеров видит будущее республики в замещении тех людей, кто строит ее государственность, в создании качественно нового политического класса:

"Рычаг решения этой проблемы лежит в создании крупных образовательных, строительных и межрегиональных проектов. Они предоставят значительное количество рабочих мест тем людям, чье достоинство уже не состоит в клановой солидарности. На эти места придут люди, главное достоинство которых состоит в профессионализме и способности отстаивать свою точку зрения. Вокруг этих рабочих мест создастся новый политический класс, и этого надо добиваться".

И все же республика живет и развивается, пусть не так быстро, как хотелось бы.
Главное, считает заместитель директора Института стран СНГ, член Совета по национальной стратегии Владимир Жарихин, сегодня нет причин сомневаться в перспективах государственности Южной Осетии:

"Получилось некое государство. В конце концов, не все государства являются такими, как Соединенные Штаты Америки, Китай, Россия, Индия или даже Польша. Существуют маленькие государства, даже карликовые, как, например, Сан Мариино, которое расположено посреди Италии. Нельзя сказать, что оно абсолютно свободно, но оно существует и, наверное, будет существовать еще долго – такова история. Я полагаю, что Южная Осетия – небольшое, неспособное самостоятельно формировать свой бюджет государство – также имеет право на существование".

В самом деле, почему нет? Быть может, правы и те эксперты, которые говорят, что вместе с российским влиянием в Южную Осетию пришли и "бюрократические болезни" старшего брата, мешающие развитию республики. Кто сказал, что политический класс северокавказских республик в большей степени ответственен перед своим народом, чем власти Южной Осетии? Быть может, за всем этим экспертным недовольством стоит чисто человеческое сочувствие и желание увидеть пример того, как вынужденное геополитическое решение, однажды принятое Дмитрием Медведевым, привело к процветанию или хотя бы нормальному развитию Южной Осетии.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG