Accessibility links

Что бы он ни говорил, понять логику Иванишвили крайне сложно. Я, например, считаю, что его слова о том, что ему и его команде удалось сделать очень многое, что он оставляет, покидая политику, эффективное правительство, вменяемый парламент, отдают примитивным самодовольством. И это тем более так, что Иванишвили явно не относится к тем политикам, которые привыкли на белом глазу утверждать, что все хорошо, когда на самом деле все из ряда вон скверно. Нет, премьер-министр совершенно искренне числит за собой немалые достижения, но внятно объяснить, какие именно, у него не выходит уже в который раз.

Власть явно еще не настроена, как единый управленческий механизм, действующий благодаря общей стратегии слаженно. Парламент – это разношерстная команда, в которой второй по значимости политической силой стали "националы" – и это совершенно не соответствует их политическому и моральному влиянию в грузинском обществе. Да и команда "Грузинской мечты" – это конгломерат разных, а иногда и разнонаправленных интересов, которые продолжают оставаться коалицией благодаря одному человеку. А этот человек намерен уйти.

Но самое главное – процесс "восстановления справедливости" так и не стал содержанием того периода власти, который, видимо, завершится с уходом Иванишвили. Уже сам премьер-министр призывает не искать врагов среди оппонентов, а считать их "своими" людьми. Даже главному из них он подобрал почти безобидное прозвище – "наш городской сумасшедший". А как же с незаконно отнятыми бизнес-активами, землями, которые остаются в руках преступников, как быть с фальсифицированными уголовными делами? Как мириться с тем, что палачи, зверствовавшие во время следствия или в тюрьмах, остаются на свободе или продолжают занимать прежние должности? Ведь это все продолжает, по сути, глубоко разделять общество – на тех, кто пострадал от рук "националов" и не добился правды, и на самих "националов", совершавших преступления, но не понесших никакой ответственности. И победа в этой ситуации полностью на стороне "националов". Я думаю, что это порождает у общества злобу и серьезные подозрения, что новые власти и старые сжились, срослись друг с другом и не хотят нарушать установившееся благоденствие новыми конфликтами. Да и Запад доволен: коабитация.

Когда говорят, что Иванишвили все равно останется за кулисами, – это звучит и жалко, и пугающе. С одной стороны, он сам это отрицает, с другой – люди, которые желают его видеть в роли кукловода, не понимают, что такая система управления может опрокинуть Грузию в еще более кромешный авторитаризм, нежели тот, который установился при Саакашвили.

Мне кажется, что одно здравое суждение, хотя, как и многое у Иванишвили, оставшееся недовысказанным, в его заявлениях точно содержится. Он говорит, что уходит для того, чтобы воздействовать на власть уже со стороны общества. И здесь его можно только поддержать. После развала СССР люди на постсоветском пространстве очень быстро выучили весь набор терминов, обозначающих различные элементы устройства западной демократии: разделение властей, свободная пресса, независимый суд, отсутствие госконтроля в экономике и многое другое. Очень нам это помогло? Вообще никак. Потому что никакого общества не было, не сложилось. И как управляться с демократией, оно не знало. Вон, Саакашвили строил демократию, а построил черт знает что. Тоже ведь сказать, что он дурак и законченный тиран, было бы не вполне верно.

Понятно, что власть – это часть общества, и в силу своих возможностей она очень часто умножает пороки обычных людей в разы. Соответственно, менять общество изнутри – это очень правильный путь, гораздо более правильный, чем менять общество сверху. Человек, выигравший выборы, но так и не наведший порядка в стране, не давший ей стратегии развития и вдруг почему-то решивший, что он сделал очень многое и поэтому может уйти, – может уйти. Если в итоге он уйдет не для того, чтобы править, а начнет менять общество с самого себя.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG