Accessibility links

Коварные недра природы


В озере Кель, в котором находится законсервированная урановая шахта, нет ничего живого, там не водится рыба, на расстоянии пятисот метров от берега не растет трава, там не садятся птицы

В озере Кель, в котором находится законсервированная урановая шахта, нет ничего живого, там не водится рыба, на расстоянии пятисот метров от берега не растет трава, там не садятся птицы

В Южной Осетии местные медики отмечают рост онкологических заболеваний. В чем причина того, что статистика ухудшается?

Рост числа онкологических заболеваний в Южной Осетии – это миф, считает помощник премьер-министра республики в начале 90-х годов прошлого века Евгений Крутиков, просто в республике появилась более точная медицинская статистика, отражающая причины смертности населения. К сожалению, ранняя диагностика заболеваний в Южной Осетии (впрочем, как и в России) оставляет желать лучшего, поэтому и снизить эти печальные показатели пока не удается.

"В 1998 году при мне информационно-аналитический отдел КГБ ЮО проводил сравнительный анализ уровня заболеваемости, – говорит Евгений Крутиков. – Тогда онкология была стабильна в Джавском районе и особенно на территориях, прилегающих к Квайсинскому горному комбинату и озеру Кель, т.н. мертвому озеру. В этом озере нет ничего живого, там не водится рыба, на расстоянии пятисот метров от берега не растет трава, там не садятся птицы. Местные энтузиасты собираются там туристическую тропу провести – мол, смотрите какая красота! – а то, что на самом деле там находится законсервированная урановая шахта и гулять там опасно для жизни, никому в голову не приходит".

На Кавказе много мест, где "фонит", где под землей залегают опасные для жизни руды, но все же, считает руководитель энергетического отдела "Гринпис России" Владимир Чупров, именно разработка недр создает принципиально другую экологическую ситуацию – когда люди пьют воду из реки, в которую из штолен стекают загрязненные воды, дышат пылью, которая поднимается из отвалов урановых шахт.

Кстати, Южная Осетия – не самая густонаселенная территория, на которой в советское время велась добыча урановой руды. Подобные разработки были посреди бальнеологических курортов Кавказских минеральных вод, над Пятигорском, а отстойник руды находился неподалеку от Лермонтова.

Проблема радиоактивного загрязнения отдельных территорий Кавказа существует, она обозначена экологами говорит Владимир Чупров:

"Радиационный фактор как фактор, который привносит свой вклад в ухудшение статистики заболеваний, конечно же, существует. Другое дело, оценить этот фактор и определить, насколько ситуация улучшилась, если его не было бы, сложно, практически невозможно, потому что дозы радиации – малые, группы населения – большие, и мониторинга по этим проблемам не было.

Что можно сделать для того, чтобы ситуацию, как минимум, не ухудшать?
Организовать систему мониторинга и контроля, которую, кстати, рекомендуют ученые на таких проблемных участках. Необходимо отслеживать, во-первых, воду, во-вторых, пыль, которая может поступать из этих урановых хвостов и штолен. Соответственно, все это должно быть приурочено к местам водозаборов и местам нахождения людей".

То есть защитить людей можно, но для этого необходимо по-другому взглянуть на проблему строительства водозаборов, ставить их там, где вода не подпитывается из зараженных участков. Нужно утилизировать отвалы или хотя бы максимально защитить людей от их воздействия.

А для этого, в свою очередь, нужна система мониторинга и оповещения. Например, что в такой-то период времени людям лучше отказаться от поездок в такое-то ущелье, из-за выброса опасного газа воздержаться от купания в такой-то речке…

Вполне понятно, что сама республика с этой задачей не справится, нужна помощь специалистов из России, нужны средства и, наверное, необходимо желание защитить здоровье людей.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG