Accessibility links

Сухумская элегия


Абхазский читатель столкнулся с таким явлением, как выход в разных странах книг непрофессиональных литераторов, в которых собраны забавные истории и байки из жизни городов республики

Абхазский читатель столкнулся с таким явлением, как выход в разных странах книг непрофессиональных литераторов, в которых собраны забавные истории и байки из жизни городов республики

В последние годы абхазский читатель столкнулся с таким неожиданным явлением, как выход в разных странах книг непрофессиональных литераторов, в которых собраны забавные истории, байки из жизни городов Абхазии, прежде всего, ее столицы, во второй половине XX века. Это даже можно назвать неким бумом.

Один из таких авторов – 67-летний Владимир Делба. Художник по профессии, он большую часть своей сознательной жизни провел в Москве, где занимался, в основном, иллюстрациями литературных произведений, выходивших в издательствах и журналах. А потом его и самого потянуло к словесности. В конце сентября прошлого года в Сухуме, в выставочном зале Союза художников Абхазии, состоялась презентация его первой книги – "Сухумский стереоскоп", где представлены проникнутые юмором и ностальгией картинки сухумского быта конца пятидесятых – начала шестидесятых годов, когда их автор вступал во взрослую жизнь.


И вот не прошло и года, а Владимир Делба привез в Абхазию экземпляры своей новой книги, только что вышедшей в Москве, в издательском доме "ПоРог". Называется она "Амра", галеон юности моей", и презентация ее состоялась сегодня там же, в том же выставочном зале. Вот что, в частности, сказал на ней сам автор:

"Эта книга… вы ее прочтете, надеюсь, все, кто здесь находится, потому что на этот раз я запасся достаточным количеством экземпляров. Не хочу пересказывать ее; единственное, что скажу, и хочу это подчеркнуть... Первая моя книга была спорная в плане оценки ее читателями. Хотя большинству она понравилась, но... Скажем так: в первой книге был затронут специфический пласт сухумской жизни, поэтому она была перенасыщена некоторыми такими вещами... ненормативной лексикой. В новой же моей книге все герои реальных историй выведены под настоящими именами. Это дополнительная ответственность была для меня. Поэтому эта книга, которая вышла буквально на днях, для тех, кто успел хоть фрагментарно прочесть, показалась очень теплой. Она тоже о Сухуме, но затрагивает другой пласт жизни, других людей..."

Любопытно, что всего за несколько минут до этих его слов я увидел стоявшую рядом со мной сотрудницу газеты "Республика Абхазия", ровесницу автора книги и тоже коренную сухумчанку, которая что-то фиксировала в своем блокноте. Поздоровавшись, шепнул ей: "Снова будете громить?" – "Ну, надо сперва прочесть" – "Я думаю, что он учел критику. А тогда просто сказалась его неопытность как литератора".

Дело в том, что в прошлом октябре не обошлось без небольшого скандала. Практически одновременно я напечатал в газете "Эхо Абхазии" весьма благожелательные заметки о книге "Сухумский стереоскоп", а моя собеседница от имени группы читателей в своей газете – ругательную в целом заметку о ней. Что ж, так бывает. Я обратил внимание на одно в книге – хороший литературный слог, наблюдательность, чувство юмора автора. А она – на другое: обилие точек, которыми он заменял отдельные буквы в так называемых нецензурных словах. Мне тогда пришлось выступить с еще одной публикацией, где я в чем-то согласился с этой критикой в адрес В. Делба (действительно, далеко не всегда в его текстах использование этих слов было оправдано художественной необходимостью), но в чем-то и нет. В частности, мне кажется, было неверно требовать от него некоей "сбалансированности" в описании Сухума полувековой давности; он написал тогда о том, о чем написал, – о стороне жизни, где преобладают комизм и так называемый низкий жанр.

Сегодня на презентации новой книжки Владимира Михайловича своими воспоминаниями о некоторых ее героях делились известный абхазский историк, академик АНА Олег Бгажба, журналист и прозаик Руслан Тарба...

Интересно, что придя с презентации домой и начав читать книгу, я тут же наткнулся на рассказ о братьях Гулиа – племянниках основоположника абхазской литературы. Двоих из них, Алена и Котика (Константина), я хорошо знал, поскольку они жили в одной со мной сухумской пятиэтажке. И вообще, не сомневаюсь, что меня ждет интересное и увлекательное чтение. Если же определять жанр, назвал бы его "сухумской элегией".


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
XS
SM
MD
LG