Accessibility links

Бидзина Иванишвили отменил второй тур, и еще никто и нигде так его не отменял. Он, впрочем, и раньше предупреждал, что обидчив. Что может простить многое. Но только не неблагодарность. А в ней он подозревал народ с самого начала. И поскольку не спешил опустошать карманы, народ выказывал все меньше признаков благодарности, и тем чаще подозревал его Бидзина Иванишвили. И, наконец, решил объясниться всерьез и до конца. Не выберете в первом туре – мы уходим. Карету!

Дело не в Бидзине Иванишвили. И даже не в его счастливом избраннике Георгии Маргвелашвили, который будто бы тоже поверил, что должен получить 75% голосов. Дело даже не в Давиде Усупашвили, который вынужден объясняться за обоих, мол, то, что сказали оба, – не то, что все подумали. Что это не мысль, а лишь способ изложения мысли. Конечно, совсем другой.
Дело в традиции.


Каждый новый грузинский руководитель считает свое демократическое избрание разрешением править так, как правят у соседей, которым такая демократия и не снилась. Ведь именно сравнительная демократия была фирменным грузинским знаком отличия от Азербайджана и Армении и прочих сопредельных стран. И избиратель, и победитель будто по взаимному согласию наутро забывали о прочей демократии, никто не возражал, причем с полной уверенностью в том, что это и есть порядок.

Ведь что сказал Бидзина Иванишвили и подтвердил Георгий Маргвелашвили? Что демократия демократией, а 50% маловато. Надо больше. Шестьдесят. Или семьдесят.

То есть, как в Баку. То есть представительная демократия заканчивается наутро после выборов. Ладно, Звиада выбирали по неопытности, очень хотелось мстить всем и за все, и всем и за все отомстили. Никто не усомнился в честности его выборов, время было такое, а до вторых он не дотянул. И ладно бы избиратель, который продолжения демократии не требует. Хуже другое: победитель перестает быть адекватным самой примитивной логике. У Звиада Гамсахурдиа не было лучших ходов, чем признать ГКЧП? Или грозить мятежникам ракетами "земля-земля"?

Победителя свергает не обманутый избиратель, а если и он, то он тоже вторичен. Первична неадекватность, а уже потом собирается площадь. Так везде. В Грузии – особенно.

У каждых демократических выборов в Грузии своя драма и своя предыстория, в чем, возможно, и разгадка.

После новогодней войны и войны всех против всех Шеварднадзе казался последней надеждой. Он, кстати, был самым, может быть, демократичным президентом из всех. Это было нетрудно, когда не было страны. И это отсутствие стало своей предысторией для Саакашвили, который тоже стал чудом. В том-то и дело: каждый президент как следующее чудо. Народ имеет право на веру в него. И на то, чтобы по прошествии времени признать эту веру ошибочной. И потому на избавление от того, кто чудом не стал или перестал им быть. Это самая что ни на есть прямая демократия.

Но ведь тогда кое-какие права имеет и правитель. В этом раскладе он заслужит свое свержение вне зависимости от того, насколько демократично он правил. Ночь после выборов – это время, когда то, что вечером писалось в актив, будет писаться в пассив. Почему Иванишвили решил, что с ним будет не так?

Саакашвили казался чудом надежды после Шеварднадзе, Иванишвили стал чудом избавления и расслабления после Саакашвили. Маргвелашвили ничего не мешает выиграть честно и демократично. Как подобает настоящему грузинскому чуду. Но Иванишвили будто чувствует сбой и подвох. Он уходит, но его избранник должен победить, а социологи ему сулят второй тур. Был второй тур у Саакашвили на первых выборах? 96%, без сучка и задоринки. У Гамсахурдиа – 87. Даже у Шеварднадзе – 72.

Впервые президентские выборы в Грузии выглядят не только демократическими, но и настоящими. Без вечной сказки. За год волшебная пыль немного осела, и к предметам и понятиям вернулись их первоначальные формы. Никаких чудес, спасибо Иванишвили. Вместо чудес – второй тур. Тот, кто должен был победить в первом и по былой традиции наутро забыть о демократии, – против. Все логично. Хотя, действительно, смешно.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG