Accessibility links

Вахтанг Хмаладзе: "У президента остаются классические полномочия"


Депутат парламента Грузии, председатель юридического комитета Вахтанг Хмаладзе

Депутат парламента Грузии, председатель юридического комитета Вахтанг Хмаладзе

ПРАГА---Тему выборов мы продолжаем в рубрике "Гость недели". У нас на прямой линии из Тбилиси депутат парламента Грузии, председатель юридического комитета Вахтанг Хмаладзе.

Дэмис Поландов: Батоно Вахтанг, мы пригласили вас в нашу традиционную рубрику "Гость недели", чтобы обсудить предстоящие президентские выборы. Известно, что это не просто выборы, что после них в Грузии фактически меняется форма правления – президентская республика превращается в парламентскую. Это общее описание конституционной реформы. Хотелось бы уточнить, что имеется в виду? Давайте начнем с полномочий президента. Действительно ли он превращается в "свадебного генерала" без особых полномочий?

Вахтанг Хмаладзе: Я бы не сказал, что он превращается в "свадебного генерала". Кстати, в европейских государствах президенты не являются "свадебными генералами", у них имеются вполне определенные полномочия. В Грузии, я сказал бы так, президент больше не будет иметь исполнительных полномочий. Он не будет иметь права вмешиваться в правительственные дела, он больше не будет иметь полномочия отменять постановления правительства, приказы министров, какими правами он обладает по сегодняшний день, – это вполне резонно. Уменьшаются его полномочия и в отношениях с парламентом, а именно, он не будет больше иметь право законодательной инициативы, но ему остается право отлагательного вето, хотя для преодоления вето президента уменьшается кворум.


Дэмис Поландов: А какой он будет?

Вахтанг Хмаладзе: В отношении органических законов, для преодоления вето будет достаточно абсолютного большинства от полного состава парламента, т.е. 76 голосов, в отличие от сегодняшних 3/5. Для преодоления вето на обычные законы будет достаточно более половины от списочного состава, т.е. от фактического состава парламента.

Дэмис Поландов: Батоно Вахтанг, а что он будет делать, чем конкретно он будет заниматься? Например, внешней политикой…

Вахтанг Хмаладзе: В отношении внешней политики, он будет иметь право вести международные переговоры, подписывать международные договоры, но только при согласовании с правительством, т.е. он больше не будет иметь эксклюзивного права по собственному умению вести какие-либо переговоры или подписывать договоры. Относительно дипкорпуса, он, опять-таки, будет иметь право назначать послов, но только по представлению премьер-министра. Многие акты, которые будет издавать президент, войдут в действие только после контрассигнации со стороны премьер-министра. У него остаются классические полномочия главы государства: помилования, награждения, присуждения офицерам вооруженных сил высших чинов, присвоения специальных званий, решения вопросов гражданства, хотя в этих вопросах в Конституции довольно неудобная формулировка, согласно которой президент будет иметь право присваивать гражданство гражданам других государств (т.н. двойное гражданство), но когда он будет издавать акт о принятии в гражданство в порядке натурализации, тут тоже будет необходима контрассигнация премьер-министра, что абсолютно излишне. Президент будет иметь право представлять парламенту для избрания кандидатов в члены Верховного суда. Он будет иметь право принимать в определенном законом порядке представление членов Центральной избирательной комиссии и национальных комиссий по регулированию (есть у нас такие комиссии по энергетике, коммуникациям). Но есть одно полномочие президента, с помощью которого он может "вставлять палки в колеса" правительству, – это право президента созвать заседание правительства и поставить перед ним вопрос рассмотрения какой-либо проблемы, и сам он будет иметь право присутствовать на таком заседании. Решения будет принимать правительство, т.е. президент будет иметь право только постановки вопроса, но если он будет злоупотреблять таким правом, то это внесет серьезный диссонанс в работу правительства.

Дэмис Поландов: Батоно Вахтанг, а в чем заключается усиление парламента во всей этой конфигурации? Возникает ощущение, что премьер и президент просто поменялись местами. В предыдущем правительстве премьеры были во многом техническими фигурами, а сейчас президенты станут во многом техническими. А какие функции получил парламент?

Вахтанг Хмаладзе: Когда три года назад внесли изменения в Конституцию, которые должны были войти в действие после инаугурации президента, тогда, действительно, в соответствии с этими изменениями, практически все полномочия президента, которыми он обладал в течение этих девяти лет, и которые были огромными, из-за чего конституционалисты нашу модель характеризовали как суперпрезидентское правление, – эти полномочия переходили к премьер-министру. Но мы сумели внести некоторые изменения в Конституцию после довольно продолжительных и острых дебатов, и в соответствии с этими изменениями президент уже не будет обладать правом единолично отправлять в отставку правительство или назначать исполняющего обязанности премьер-министра, членов правительства без согласия парламента. Что касается премьер-министра, то в соответствии с теми изменениями, которые могли войти в действие, если бы мы не сумели их отметить, правительство имело бы право постановки вопроса доверия к правительству в связи с конкретным законопроектом, который парламент отказался принять. Процедура была расписана таким образом, что это, скорее всего, являлось шантажом со стороны правительства, поскольку если бы парламент отказался принять такой законопроект, то правительство могло спровоцировать роспуск парламента.

Дэмис Поландов: Удалось убрать эти нормы из реформы?

Вахтанг Хмаладзе: Мы эту норму отменили и восстановили более или менее баланс власти. Хотя остались некоторые нормы, которые все еще придется приводить в соответствие друг с другом, чтобы полномочия различных ветвей власти соответствовали принципу разделения властей. Пока что этот принцип полностью не исполняется.

Дэмис Поландов: Батоно Вахтанг, у меня к вам вопрос, касающийся самих выборов: если президентский пост не так важен, то не станет ли это проблемой в будущем, не перестанут ли люди ходить на президентские выборы? Сейчас понятно, что выборы важны политически – уходит Михаил Саакашвили, но в будущем, может, имеет смысл назначать президента парламентом?

Вахтанг Хмаладзе: Вы как бы заглянули в имеющиеся у нас проблемы. Многие у нас считают, и я в том числе, что в парламентской республике более разумными являются не прямые выборы президента, а выборы или парламентом, или избирательной коллегией в составе парламента и представителей региональных представительских структур. Это было бы более целесообразным по многим причинам. Я укажу две причины. Прямые выборы президента дают высокую степень легитимации этому институту, и такие президенты могут делать заявления, что их полномочия не соответствуют высокому статусу, от имени народа – это одна проблема. Я считаю, что это может быть серьезной проблемой, особенно в государстве, где только учатся демократии. Вторая проблема в том, что довольно странными представляются дебаты кандидатов в президенты при таких ограниченных полномочиях, и у нас создается такая картина, что кандидаты в президенты выступали и давали такие обещания, которые они никак не вправе исполнить.
XS
SM
MD
LG