Accessibility links

Министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу 7 ноября сделал заявление относительно перспектив открытия границы с Арменией. Выступая на заседании парламентской комиссии по международным делам, он обозначил политическое условие для этого шага. По словам министра, граница будет открыта лишь тогда, когда Нагорный Карабах и прилегающие к нему районы будут возвращены под контроль Азербайджана. Чем мотивировано заявление турецкого министра? Означает ли оно попытку возобновить диалог с Ереваном?

Выступление Ахмета Давутоглу производит двойственное впечатление. С одной стороны, ничего нового глава МИД Турецкой Республики не сказал. Фактически он озвучил ту позицию официальной Анкары, которая во многом и способствовала переходу армяно-турецкой нормализации в фазу застоя. Напомню, что сам процесс диалога между Арменией и Турцией стал возможным из-за того, что предварительные условия (увязывание прогресса в двусторонних отношениях с урегулированием нагорно-карабахского конфликта) не были предметом обсуждения. Огромным напряжением дипломатических усилий страны-посредники смогли добиться того, чтобы "карабахские пункты" не попали в Цюрихские протоколы, подписанные в октябре 2009 года. Но как только проблема Нагорного Карабаха стала рассматриваться в одном пакете с армяно-турецкими отношениями, процесс нормализации остановился.


С другой стороны, турецкий министр, выступая на заседании профильной парламентской комиссии, поделился с депутатами информацией о подготовительных строительных работах по возведению КПП на границе между Арменией и Турцией. Таким образом, Давутоглу дал понять, что открытие межгосударственного рубежа с проблемным соседом не только теоретически изучается и обсуждается. В этом направлении ведется определенная работа. Но в какой степени она может увенчаться успехом?

Некоторое оживление дискуссии по поводу перспектив армяно-турецких отношений осенью нынешнего года не выглядит случайностью. В следующем году будет отмечаться сто лет с начала Первой мировой войны, которая стала фатальной для Османской империи и дала толчок будущему национальному республиканскому проекту Турции. Еще через год и в Турции, и в Армении будут говорить о трагических событиях 1915-го. Для Республики Армения и многочисленной армянской диаспоры это – геноцид. У турецких политиков, историков, журналистов есть свое объяснение событиям столетней давности. Как бы то ни было, а обращение к прошлому актуализирует сегодняшние реалии. А они далеко не блестящи, если говорить об отношениях двух соседей – Турции и Армении. Сухопутная граница закрыта, начиная с 1993 года. Нет железнодорожного сообщения. Армения исключена из многих региональных проектов с участием Турции, Грузии и Азербайджана. И в нагорно-карабахском конфликте Анкара поддерживает своего стратегического союзника Баку. Все попытки обойти стороной этот сюжет, предпринимаемые Ереваном, а также странами-посредниками в процессе нормализации, не увенчались успехом.

Но Турция не готова к разъединению двух тем по многим причинам. И не только геополитического, но и внутреннего порядка. В стране проживает немало выходцев из Азербайджана, а также людей, имеющих азербайджанских предков. Это - голоса избирателей, общественные организации (в последнее время в Турции обращение к своим историческим корням не стало ограничиваться государством), СМИ. Не только Эрдоган и Давутоглу, но и любые другие политики на их месте не смогли бы игнорировать этот фактор. Если же говорить об Армении, то борьба за самоопределение Нагорного Карабаха стала одним из стержней постсоветской государственности этой республики. Во многом сам ее выход из состава СССР был предопределен разночтениями с Кремлем относительно статуса спорной автономии. Надеяться на то, что политическая элита Армении выберет открытую границу с Турцией ценой отказа от поддержки Нагорно-Карабахской республики, вряд ли возможно. Политические издержки такого шага слишком очевидны, чтобы всерьез об этом говорить.

Какой же смысл инициировать обсуждение возможных путей двусторонней нормализации? Во-первых, Анкара стремится выстроить свою позитивную программу действий на армянском направлении. И пытается сделать это заблаговременно. Не надо быть Кассандрой, чтобы понять: общественное мнение на Западе ближе к 2015 году будет поднимать вопрос о новом имидже Турции, ее соответствии стандартам Евросоюза. В этом плане Анкара стремится продемонстрировать наличие собственной мотивации к улучшению двусторонних отношений с Ереваном. Во-вторых, на саму нормализацию есть определенный запрос. Естественно, не ценой уступок и ущемления своих национальных интересов. Отсюда и готовность прощупать почву, посмотреть реакцию ключевых игроков и, что называется, "сверить часы". Думается, ближе к 2014 и особенно 2015 году время от времени нечто схожее будет звучать из уст представителей Турецкой Республики. Не только министров, но и депутатов, а также влиятельных экспертов. Впрочем, далеко не факт, что все это приведет к конкретным результатам. Сами же результаты не в последнюю очередь будут зависеть от нагорно-карабахской динамики, которую не следует терять из виду.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG