Accessibility links

Вера "цхинвальского чудака"


Валерий Авагимов – известный человек в Цхинвале. Он выбивается из общего формата по одной простой причине – людей поражает его наивная искренность во всем: в стихах, песнях, картинах, любви к родине
фото: cominf.org

Валерий Авагимов – известный человек в Цхинвале. Он выбивается из общего формата по одной простой причине – людей поражает его наивная искренность во всем: в стихах, песнях, картинах, любви к родине фото: cominf.org

Валерий Авагимов – известный человек в Цхинвале. Он выбивается из общего формата по одной простой причине – людей поражает его наивная искренность во всем: в стихах, песнях, картинах, любви к родине. Для многих Валерий – чудак, для близких знакомых – добрый и предельно открытый человек, который всю жизнь пытается отстоять правду и справедливость.

Наш герой живет в старинном доме на берегу Лиахвы. Правда, строение, когда-то бывшее архитектурной гордостью города, сегодня представляет собой полуразвалившуюся халупу. Из десятка семей, живших там весело и в согласии в течение многих лет, осталось всего пять. Валерий готовился к моему визиту: на столе старательно разложены фотографии и вырезки из газет с его стихами или с упоминанием о его участии в музыкальных конкурсах или других культурных мероприятиях. Валерий приносит из соседней комнаты свой военный китель с наградами и любимую гитару. "Я двадцать лет своей жизни провел в окопах, – рассказывает он, – служил в первом миротворческом батальоне, да и потом всегда был готов по тревоге встать на защиту родины". Когда в 89-м году в город вошли грузинские бандформирования, к виску Валерия приставили пистолет и угрожали убить. А он в те тревожные дни был единственным, кто решался выходить из дома, чтобы принести соседям хлеб. "Я же армянин, – объясняет он этот тонкий момент, – вот и думал, что меня трогать не станут".


Беседа продолжается, и в какой-то момент мой собеседник заносит в комнату свои картины, нежность и красоту которых не портит даже то обстоятельство, что нарисованы они на обычной тонкой фанере. Холсты и краски стоят дорого, и моему художнику это удовольствие, увы, не по карману. Сейчас он готовит персональную выставку, и материальная сторона вопроса его, кажется, мало беспокоит: я не бедный, твердит он, нормально зарабатываю, рисую рекламные вывески, делаю сувениры. Ему кажется, что найти деньги на выставку – это лишь дело времени и везения, которым его щедро одарил Господь. Авагимова многие в Цхинвале считают блаженным из-за того, что в свои 67 он не утратил детской чистоты и веры в разумность мироустройства. Он кормит и меня, как ребенка, шоколадкой и рассказывает про, пожалуй, единственный случай в жизни, когда удалось отстоять свой интерес – право на получение медали от Русской православной церкви:

"Прислали 30 медалей, это лет 15 назад. Иди, говорят, к попу. Я пришел: "Александр, помните меня?" – "А я уже отец Георгий!" – "Ну, хорошо, – говорю, – уважаемый Георгий, я Валерий – художник, поэт, бард" – "Да, знаю, а что такое?" – "Мне медаль прислали" – "Первый раз слышу, ничего не знаю, уходи, уходи, ты мешаешь мне литургию вести". Я говорю: "Тогда Бога вашего нет!"
Потом пожаловался Диме Медоеву (послу Южной Осетии в России). Иду я в позапрошлом году, а он в орденах, медалях: "Валерий, как дела? Я слышал тебе медаль дали?" Я говорю: "Нет". Он: "Я разберусь". И вот прислали медаль мне – Орден Александра Невского. И дали к ней книжечку, где написано: "Сила не в Боге, а в правде!" Эту медаль прислали мне в 2001 году, и 12 лет она лежала у них где-то в подвале. Разве это справедливо?!"

Два года назад Валерий Авагимов решил поддержать людей, вышедших с протестом на центральную площадь Цхинвала в декабре 2011 года:

"Я же не кричал, что против Джабелича. Я пошел и пел им песни. Возвращался домой, а мне полковник один и говорит: "Мы тебе пять лет дадим". Я говорю: "За что?! А вам я не пел? И омоновцам, и вам 20 лет песни про войну пою. А сейчас: "Ты против Джабелича!" Я говорю: "Давай, спою один куплет: "Что-то сердце в груди колет, в небе мирном летят журавли, обелиски стоят в пятой школе, поклонитесь вы им до земли!" "Значит, – отвечаю я, – Джабелич родину не любит?!" А там люди у костра – и девочки, и женщины молодые с детьми. Что этот ребенок – тоже враг народа?! Они же протест выражали, и правильно сделали: дороги разбиты, дома несправедливо раздавали, кому хотели, ордена, медали".

Распределение жилья – это крайне болезненный вопрос для Валерия Авагимова. Старинный дом, в котором он живет с семьей, планировали сносить, но так ничего сделано и не было. Документы на получение жилья несколько лет ходят от одной комиссии к другой, а родные просят Валерия оставить чиновников в покое – чтобы лишний раз не унижаться.

Я сижу с "цхинвальским чудаком" в холодной комнате, над нашими головами зияет кусок потолка без штукатурки, стены, кажется, тоже долго не простоят. На шее у Валерия рядом с военным жетоном серебряный крестик. Все правильно, – думаю я, – в силу он не верит. Остается уповать на Всевышнего.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
XS
SM
MD
LG