Accessibility links

Вильнюсский саммит оказался гораздо более важным событием, чем думали еще пару месяцев назад. Он стал историческим перекрестком, где странам пришлось принимать критически важные решения. Они касаются не просто того, с кем и на каких условиях выгоднее торговать, а в каком направлении хочет развиваться каждая из стран Восточного партнерства: европейской демократии или неосоветского авторитаризма.

Оказалось, что на европейский выбор осмелились только две страны: Грузия и Молдова. В последний момент свернули две другие: сначала Армения, а затем Украина. Впрочем, происходящее на Евромайдане заставляет усомниться, что Украина действительно пойдет по неосоветскому пути.

Неожиданные решения этих двух стран можно отчасти объяснить внутренними причинами. Но трудно сомневаться в том, что главную роль сыграло давление России. Поскольку Молдова и Грузия лишь парафировали договор об ассоциации с Евросоюзом, а подписание его ожидается до осени будущего года, естественно опасение: Россия попытается нажать на эти две страны с тем, чтобы те повторили путь Украины и отказались подписывать ими же парафированные соглашения.


Соответственно, сегодня в Грузии самый актуальный вопрос: а какие конкретно у России есть рычаги для того, чтобы принудить ее изменить стратегический курс?

С этой точки зрения Грузия находится явно в лучшем положении, чем три упомянутые страны. Если Россия может припугнуть Молдову признанием независимости Приднестровья, а Армению – прекращением военно-политической поддержки в Карабахском конфликте, то после войны 2008 года Россия практически исчерпала ресурсы давления на Грузию, используя территориальные конфликты: она уже признала Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами и превратила их в собственные военные форпосты; даже установка колючей проволоки между ними и остальной Грузией почти завершена. Конечно, можно придумать какую-нибудь провокацию и использовать ее для вторжения собственно в Грузию: исключать ничего нельзя, но это будет перебор даже для Путина.

Второй традиционный козырь России – отключать газ, особенно в разгар зимы. Но в отличие от трех названных стран Грузия почти не зависит от российского газа – львиную долю поставляет Азербайджан, кровно заинтересованный в реальном суверенитете соседа.

Конечно, можно опять запретить ввоз на российский рынок грузинского вина и минеральных вод, совсем недавно туда допущенных. Будет неприятно, но Грузия уже однажды через это прошла, по идее, должен был выработаться иммунитет.

Как насчет манипулирования внутриполитической ситуацией? У Грузии нет пророссийски настроенных областей (как на Украине) или сильной неокоммунистической партии (как в Молдове). Были опасения, что Бидзина Иванишвили развернет страну в сторону России, но пока они не оправдались. Открыто пророссийская Нино Бурджанадзе на последних выборах получила десять процентов голосов: явно мало для влияния на курс страны. Получается как бы идеальная ситуация: прозападному правительству противостоит еще более прозападная оппозиция в лице "Национального движения".

Самый главный союзник России внутри Грузии – православная церковь, а также группы и организации, вращающиеся на ее орбите. С Россией их объединяет не интерпретация догматов веры, но представление о Западе как исчадии ада. Имея в виду достаточно высокий авторитет церкви в грузинском обществе, именно ее можно считать потенциально самым опасным фактором для евроинтеграции Грузии.

Но насколько велика опасность, и в чем конкретно она может проявиться? Официальная позиция патриархии не противоречит западной интеграции Грузии, но многие деятели церкви с амвона и с других трибун постоянно говорят такое, что никак не совместимо с курсом на Европу. Насколько следует ожидать, что церковь изменит свою официальную позицию и открыто противопоставит себя европейскому курсу? Или под ее эгидой начнется массовая антизападная кампания?

В теории все возможно, но влияние церкви неправильно ни преуменьшать, ни преувеличивать. Например, если взять эпизод с наполовину мусульманским селом Чела, где сначала установили, потом сняли, а затем снова установили минарет (несмотря на прямые обещания церковников, что этого сделано не будет), он показывает, что церковь не всесильна. Главное – чтобы государство занимало твердую позицию.

Будет ли правительство "Грузинской мечты" последовательно в своих европейских устремлениях? Хотя в правящей коалиции есть оппоненты западной ориентации, пока правительство занимает достаточно четко проевропейскую позицию. Может ли это измениться? По идее, не должно. Но в Грузии трудно делать однозначные предсказания.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG