Accessibility links

Армения: итоги прошедшего года


Самым значимым событием 2013 года был выборный цикл. В феврале в Армении прошли президентские выборы, а в мае выборы ереванского парламента и, соответственно, мэра

Самым значимым событием 2013 года был выборный цикл. В феврале в Армении прошли президентские выборы, а в мае выборы ереванского парламента и, соответственно, мэра

ПРАГА---Об итогах года и ожиданиях от наступившего года в Армении мы побеседовали с директором Института Кавказа, политологом Александром Искандаряном.

Александр Касаткин: Александр, у меня два основных вопроса: я бы хотел, чтобы вы отметили наиболее значимые события, которые произошли в Армении, и подвели какие-то итоги прошедшего, 2013 года.

Александр Искандарян: Если говорить о внутренней политике, то это, конечно, выборный цикл. В феврале в Армении прошли президентские выборы, а в мае выборы ереванского парламента и, соответственно, мэра – в Армении, в Ереване, такая двухступенчатая система выборов. Я хочу сделать пояснение по поводу ереванских выборов. Хотя это местные выборы, но Ереван – это примерно треть страны, поэтому они на самом деле имеют общенациональное значение. До этого, в конце прошлого года, прошли парламентские выборы, поэтому этот выборный цикл, наверное, самое важное, что происходило во внутренней политике Армении. В результате этого выборного цикла правящая Республиканская партия практически взяла все площадки, т.е. им удалось победить везде, и в Армении на сегодняшний день республиканцы составляют большинство в парламенте: президент – республиканец, мэр столицы – тоже, на местном уровне почти везде республиканцы. Оппозиция существует, она есть в парламенте, вне парламента, но она очень слаба. Если говорить о парламенте, то оппозиционные партии там занимают буквально по нескольку мест и оказывать реальное влияние на политику не могут. Все это результат выборного цикла, и, конечно, это не очень хорошо для развития политической системы. Это первое и, может быть, самое важное, что произошло во внутренней политике.


Второе, может быть, сопряженное с этим или являющееся причиной этого, это то, что появились новые формы протеста, т.е. место политической реальности начинают занимать какие-то внеполитические или внесистемные формы. Проще говоря, появились протесты левого типа. Это довольно известное в Европе явление, когда гражданские активисты начинают входить в политику с совершенно другого конца. В этом году было несколько раундов гражданского протеста. Обычно это молодежь, студенты, люди, недовольные тем, что происходит, по разным поводам организовывают демонстрации, митинги, различного рода сидячие демонстрации и т.д. Это опять-таки не может оказать серьезного влияния на политику, но представляет собой некий новый элемент, растущий в Армении. Все это продолжается на фоне экономической стагнации и сохраняющегося широкого социального недовольства. В результате всего этого социальное недовольство есть, а политического канала для того, чтобы придать этому социальному недовольству политический характер, оппозиционные партии предоставить не могут. Армянская оппозиция находится в кризисе. Результатом этого является то, что власть чувствует себя достаточно уверенно, но не потому, что она сильная, а потому, что ей серьезно ничего не противостоит. В основном это то, что происходило в области внутренней политики за прошлый год.

Александр Касаткин: Что вы скажете про итоги внешней политики Армении?

Александр Искандарян: В области внешней политики ситуация не менее интересная. Интересная – не значит хорошая, но интересная для политического аналитика. Дело в том, что основные события, которые меняют регион и влияют на Армению, происходили не в самой Армении, а вокруг нее. Я бы не сказал, что в армянской внешней политике произошли какие-то серьезные изменения, которые могли бы повлиять на Армению. При этом я бы сказал, что на самом деле событий, которые влияют на Армению и будут влиять в будущем, происходило очень много, но все это происходит вокруг. Самым важным из этих событий с перспективой на будущие годы я бы, наверное, назвал попытки улучшений взаимоотношений Ирана с Западом, а более конкретно – с Америкой. После иранских выборов начало меняться отношение к Ирану на Западе, произошли известные события по смягчению этих отношений, связанные с ядерной программой и согласием Ирана на некоторые уступки. Это чрезвычайно важно для Армении, потому что, если изменятся взаимоотношения Ирана с Западом, это повлияет абсолютно на весь регион. Напомню, что реально у Армении всего два соседа с открытыми границами – это Иран и Грузия.

Что касается Грузии… Постепенная нормализация взаимоотношений Грузии с Россией, уход из политики Саакашвили, попытки выстраивания отношений с Россией влияют на Армению, которая в этом процессе может находить свое место. То, что происходит в Сирии и вокруг нее, – чрезвычайно важно для Армении. Сирия очень близка к нам географически. В ней проживает немало армян, которые в большей части находятся в Армении в качестве беженцев. Кроме того, Сирия – ключевая часть региона, и все, что там происходит, влияет на весь регион и на Армению в том числе. Далее, практически провал политики Турции, т.е. ее попыток оказывать влияние на своих соседей. В прошедший год Турция еще входила с этими намерениями, сейчас же практически это страна, у которой не получился этот проект. Это тоже влияет на Армению.

Ну, и последнее – это противостояние «Европа – Россия», которое было практически весь год и привело, в конце концов, к тому, что практически готовый документ об ассоциативном соглашении Армении с Евросоюзом не был парафирован на Вильнюсском саммите в ноябре. Это тоже был некий несостоявшийся проект, который пыталась осуществить Армения. Сочетание всего, что происходило вокруг Армении, это события, которые меняют регион и положение Армении в нем в том числе.

Александр Касаткин: Александр, можете ли вы построить какие-то прогнозы на то, что будет происходить в Армении и вокруг нее в 2014 году?

Александр Искандарян: Я не думаю, что произойдут какие-то глобальные переломы. Я думаю, что если в прошлом году в области карабахского конфликта ничего не происходило, то вряд ли в ближайшем будущем будет происходить что-либо очень важное. Что касается Турции, то, с одной стороны, я не ожидаю прорыва во взаимоотношениях, с другой стороны, вряд ли Турция сможет резко увеличить свое значение в регионе, а значит, ситуация будет оставаться примерной такой же, какая есть на данный момент. Мне трудно оценить ситуацию с Ираном, для этого нужно быть иранистом, понимать, что будет происходить внутри самого Ирана. Но если намеченная линия во внешней политике Ирана пойдет дальше, то Армения сможет получить довольно серьезные выгоды, потому что Армения – одна из немногих стран в мире, которая имеет достаточно высокий уровень взаимодействия с Ираном и в то же время достаточно высокий уровень взаимодействия с Европой и Америкой, т.е. какое-то провайдерство интересов и той, и другой стороны в сфере экономики, политики и коммуникаций можно себе представить.

Что касается российско-западного взаимодействия, то там есть варианты. Так как, в общем, целью России была далеко не Армения, а Украина, потому что Армения не представляет особой для нее рыночной и экономической ценности, Армения будет продолжать в рамках возможного развивать свои отношения с Европой, что, собственно, уже и происходит. Что касается внутренней политики, перед Арменией стоит чрезвычайно важная задача, которая заключается в необходимости создания серьезной сильной оппозиции. Не объединение существующих мелких групп, а именно создание новой. Так как это достаточно серьезная работа, которая включает создание медиа-ресурсов, экспертной, финансовой базы и т.д., за год сделать это совершенно невозможно, но и выборы нескоро. Если такого рода работа начнется и будут создаваться серьезные формы политической оппозиции, то это будет для развития Армении очень хорошо и правильно. У меня есть некоторые ожидания того, что это в Армении может начаться, что гражданские формы могут превращаться в политические.
XS
SM
MD
LG