Accessibility links

Дежавю августа 2008-го?


Эсперты считают, что до боевых столкновений в Крыму не дойдет. Так же, как Южную Осетию, Москва примет Крым на свой баланс и будет еще долго и безуспешно пытаться наладить там контроль за расходованием российских средств

Эсперты считают, что до боевых столкновений в Крыму не дойдет. Так же, как Южную Осетию, Москва примет Крым на свой баланс и будет еще долго и безуспешно пытаться наладить там контроль за расходованием российских средств

Пригодился ли российской армии в Крыму опыт пятидневной войны в Южной Осетии? Что общего и в чем отличия между этими двумя операциями российских войск?

По мнению военного эксперта Александра Гольца, с военной точки зрения есть принципиальная разница между тем, что происходило в Южной Осетии в 2008 году, и тем, что происходит сейчас в Крыму:

«В Крыму некие люди без знаков отличия захватывают административные здания, устанавливают контроль, под их автоматами происходят голосования и т.д. Сегодня Владимир Путин решительно отмел обвинения, что эти люди причастны к России. Это значит, что в Крыму происходит секретная операция, никаких войсковых операций там не происходит. Это отнюдь не снимает вопроса о российском вмешательстве, т.к. любому человеку видно, что эти парни – наши военные».

По мнению военного эксперта полковника Виктора Баранца, принципиальная разница между югоосетинскими и крымскими событиями состоит в том, что в 2008 году российская армия ответила на акт агрессии со стороны Грузии, в случае же с Украиной она сработала на опережение. По мнению эксперта, в этой внезапности была самая сильная сторона операции, обеспечившая ей успех. Говоря об опыте 2008 года, Виктор Баранец подчеркнул, что пятидневная война выявила ряд серьезных недостатков российской армии:


«Операция по принуждению Грузии к миру выявила растерянность управленческих структур российской армии, плохую связь, некачественную подготовку техники и личного состава, плохую разведку, несоблюдение элементарнейших правил тактики, стратегии и использования боевых систем. Грузия открыла нам глаза на огромнейшее количество наших слабостей. Сегодня мы видим, что эти слабости были учтены и не потому, что мы готовились к Крыму, а потому, что мы просто по-новому стали готовить свою армию».

Наверное, закономерен вопрос: что дальше? Какова вероятность перерастания этой военной операции в полномасштабную войну?

Александр Гольц убежден, что до боевых столкновений российских военных с армией Украины или какого-нибудь другого государства в Крыму дело не дойдет:

«Соединенные Штаты и некоторые страны НАТО уже заявили, что никаких контингентов на территории Украины они размещать не собираются. На сегодняшний день никаких движений в военной сфере также не наблюдается. Крым легко отрезать от другой части Украины, что исключает переброску туда каких-то враждебных сил (назовем их так). Кроме того, украинские части, которые размещены в Крыму, уж точно не готовы к ведению боевых действий против российской армии».

По мнению Александра Гольца, главное последствие крымской операции в военной сфере – это прекращение военного сотрудничества с государствами-членами НАТО.

Оно хоть и носило символический характер, но было очень важным для сторон, позволяло развеивать опасения, которые иногда возникали. Отсутствие этого сотрудничества, считает эксперт, будет порождать многочисленные взаимные подозрения у военных.

По всему видно, полагает Александр Гольц, что, как и в случае с Южной Осетией, крымская проблема перетекает из военной плоскости в политическую. Украина никогда не откажется от права на владение Крымом, а Россия, в свою очередь, не откажется от своего приобретения. Так же, как Южную Осетию, Москва примет Крым на свой баланс и будет еще долго и безуспешно пытаться наладить там контроль за расходованием российских средств.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG