Accessibility links

Христианско-демократическая партия Грузии решила перед муниципальными выборами объединиться с партией Нино Бурджанадзе (все равно никто не помнит ее названия, так что и мы не будем себя утруждать). Явление проходное: совсем незначительная партия решила прицепиться к не очень значительной. Интересно другое. Во время правления ЕНД христианские демократы позиционировали себя на основе двух параметров. В политической культуре, где оппоненты считают друг друга врагами и стремятся к взаимному истреблению, они подчеркивали свою умеренность. За это «настоящие» оппозиционеры посчитали их скрытым сателлитом партии власти, «Национального движения», как бы остро они последнюю не критиковали. С другой стороны, христианские демократы стойко поддерживали западную ориентацию страны и выставляли себя грузинским вариантом немецкой партии с таким же названием. Некоторые западные доноры их очень даже любили: видите, какие они конструктивные, стратегически мыслящие, какая у них отчетливая идеология.

Бурджанадзе, к которой они примкнули, олицетворяет полную противоположность: непримиримость к врагам и открыто пророссийскую позицию. Ее платформа: отказаться от ориентации на Запад и поскорее пересажать всех оставшихся «националов». При этом следует помнить, что до 2008 года она тоже работала в прямо противоположном русле: проецировала имидж умеренного и рационального лидера и выступала за интеграцию Грузии в НАТО, чем очаровала многих западных политиков, видевших в ней более уравновешенный вариант излишне эксцентричного Миши.

Нельзя сказать, что христианские демократы либо Бурджанадзе поставили рекорд политической проституции. Проблема как раз в том, что этим в Грузии никого не удивишь. Эти метаморфозы лишь заставляют спросить: а есть ли вообще у нас политические партии? Что на самом деле представляют собой организации, которые себя таковыми считают: стоит ли за ними что-что еще, кроме стремления отдельных амбициозных личностей любыми средствами протолкнуться к кормилу власти?

Когда мы говорим о «настоящих» политических партиях, мы имеем в виду, что люди поддерживают их потому, что увидели в них олицетворение более или менее определенной модели государственной политики, а не просто поверили очередному мессии, обещавшему освободить их от рабства и привести в землю обетованную. До сих пор таких партий в Грузии не было. С христианскими демократами и Бурджанадзе все ясно, но есть ли надежда, что они появятся?

Сильных оснований для оптимизма нет. Их точно не дает партия «Грузинская мечта» (не путать с одноименной коалицией, ядром которой она является): пока не видно, чтобы из нее выросло что-то большее, чем временное объединение политических оппортунистов. Без Иванишвили от нее точно ничего не останется. Но можно внимательно посмотреть на две другие организации. Первая – «Единое национальное движение», бывшая партия власти, перешедшая в оппозицию. Ее покинуло множество крыс, но, вопреки ожиданиям и прогнозам, костяк остался. Что главное, оставшихся сторонников – их, по опросам, около десяти процентов населения, что по грузинским масштабам не так уж мало, – объединяет не только доверие к конкретному лидеру, Михаилу Саакашвили, но и относительно конкретное представление о государственной политике, ассоциированное с тем, что его правительство делало в течение девяти лет. Это – ориентация на ценности современной цивилизации (или, что то же самое, европейские ценности), на быстрое развитие, государственный национализм, связанный с секуляризмом и открытостью по отношению к этнокультурным и религиозным меньшинствам. У «националов» много проблем: явный дефицит новых идей и дееспособных лидеров. Нет никаких гарантий, что они смогут выжить в долгосрочной перспективе. Но шанс есть.

Несколько выделяются и республиканцы, члены правящей коалиции. Под руководством Давида Усупашвили, ныне председателя парламента, этот небольшой клуб интеллектуалов превратился в относительно дееспособную политическую организацию. Она в основном привлекает людей, которых можно назвать левыми либералами: они тоже за европейские ценности, но больше ратуют за процедурную сторону демократии и очень боятся государственной власти так таковой. Правда, круг их сторонников очень узкий, поэтому республиканцы никогда не были способны играть самостоятельную роль: они постоянно в поисках локомотива, к которому стоит прицепиться, пусть не слишком либерального. С Иванишвили им пока повезло, хотя костяк «Мечты» их ненавидит почти так же люто, как «националов». Так что перспективы здесь еще более смутные. Но на безрыбье, как известно, и рак рыба.


Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG