Accessibility links

Непосильная ноша


Причина недееспособности бизнес-омбудсмена, возможно, кроется в том, что он, по сути, является чиновником, а не представителем бизнеса

Причина недееспособности бизнес-омбудсмена, возможно, кроется в том, что он, по сути, является чиновником, а не представителем бизнеса

В первых числах мая перед парламентариями с ежегодным докладом о проделанной работе должен выступить бизнес-омбудсмен Грузии Георгий Гахария. Должность «защитника предпринимателей» появилась в 2011 году, занимающий этот пост должен представлять интересы бизнеса в спорах с государством. Однако многие эксперты полагают, что с этой работой бизнес-омбудсмен явно не справляется.

Институт бизнес-омбудсмена появился еще во время правления «Нацдвижения», однако серьезные вопросы, чем, собственно, должен заниматься защитник бизнеса и какие у него для этого есть полномочия, возникли только после назначения на этот пост Георгия Гахария. Выдвиженец нового премьер-министра Бидзины Иванишвили, отвечая на вопрос журналиста о перспективах расследования фактов отъема бизнеса в годы правления «националов», невозмутимо подтвердил, что пострадавшие бизнесмены к нему уже обращаются, однако у него нет достаточных полномочий, чтобы им помочь:

«У нас отсутствуют механизмы для рассмотрения прошлых дел, мы можем лишь ограничиться общими рекомендациями. По данным прокуратуры, есть около девяти тысяч дел, связанных с подозрительным изменением статуса имущества. Есть риск, что если мы включимся в их исследование, то нам физически не хватит времени на рассмотрение новых дел».

После этого заявления прошел год, однако ни о каких «новых делах», которыми бы занимался бизнес-омбудсмен, ничего не слышно, говорит экономический эксперт Георгий Абашишвили. По его мнению, омбудсмен должен проявлять активность и в отношении прошлых случаев, и реагировать на текущие события:

«Определенные проблемы бизнес имеет и сейчас, о чем открыто говорят предприниматели. Однако никакого реагирования со стороны бизнес-омбудсмена мы так и не увидели. Это касается, например, проблем, связанных с контейнерными перевозками или почтовыми службами. Поэтому сложно сказать, что изменилось в этом ведомстве после смены власти. Мы хотели бы видеть большую активность этого института», – заявил Георгий Абашишвили.

Причина недееспособности бизнес-омбудсмена, возможно, кроется в том, что он, по сути, является чиновником, а не представителем бизнеса. Согласно статье 62 Налогового кодекса, омбудсмен защищает интересы предпринимателей перед правительством. Однако утверждение бизнес-защитника производится правительством, которому он и должен оппонировать. Это совершенно неэффективная схема, считает экономический аналитик Ираклий Леквинадзе:

«Тут не должен идти разговор о том, чтобы бизнес-омбудсмен делал политические заявления. Однако он должен реально защищать интересы бизнеса и быть реальным оппонентом правительства. Поэтому его кандидатуру должны выдвигать бизнес-круги, а назначаться он должен парламентом. Я не припомню случая, чтобы данный институт реально вмешался в какое-то дело на стороне бизнеса, поэтому нужно дать ему больше независимости, чтобы сотрудничество омбудсмена и бизнеса стало обоюдовыгодным».

Согласно информации, опубликованной на сайте бизнес-омбудсмена, в своем ежегодном отчете, который чиновник представит парламенту в первую неделю мая, он затронет вопрос об оптимизации правил рассмотрения налоговых споров между предпринимателями и государством. Эксперты говорят, что это очень важная тема, но было бы неплохо увидеть практические результаты решения омбудсменом хоть каких-то вопросов.
XS
SM
MD
LG