Accessibility links

Тревожный вторник


Еще в начале выступлений сход делегировал 16 человек к Анквабу с предложением прийти к собравшимся. Когда делегаты вернулись, один из них рассказал, что президент принял их вежливо, но сказал, что члены его команды не рекомендуют ему идти на сход

Еще в начале выступлений сход делегировал 16 человек к Анквабу с предложением прийти к собравшимся. Когда делегаты вернулись, один из них рассказал, что президент принял их вежливо, но сказал, что члены его команды не рекомендуют ему идти на сход

На протяжении всех предшествующих дней тема сегодняшнего схода на Театральной площади, как стали в последнее время называть площадку у Абхаздрамтеатра, была доминирующей в разговорах и в общении в соцсетях. Любой встреченный знакомый, даже человек, весьма далекий от политики, как правило, начинал беседу с нее. Кто-то заводил разговор о сходе, прийти на который призывала оппозиция, с энтузиазмом; кто-то с иронией: «Да не придет туда больше тысячи человек»; а кто-то и с нескрываемой тревогой.

В соцсетях одна из сторонниц власти заявила, что поняла: люди, «которые поставили перед собой цель», ни перед чем не остановятся. Нас, написала она, убеждают, что все будет мирно, но она сослалась на живущего рядом с ней человека, который рассказывает другое... Вчера на брифинге представителей оппозиционного Координационного совета лидеру ветеранской организации «Аруаа» Виталию Габниа даже пришлось подчеркнуть:

«Я хочу вас заверить, что никаких силовых захватов комплекса правительственных зданий не будет. Мало того, любой, кто попытается это сделать, поставит нашу государственность под угрозу и проиграем мы все».

Но эти слова вызвали у многих наблюдателей и такие мысли: значит, среди оппозиционеров есть разногласия, и кое-кто, очевидно, все же настроен на силовые действия?

И если содержание речей, которые прозвучат на сходе, было в значительной мере ясно задолго до этого дня, ибо уже немало раз примерно то же проговаривалось на пресс-конференциях, в выступлениях в СМИ, то до самого вечера интригой оставалось, во-первых, то, сколько людей соберется, а во-вторых, решатся ли все же наиболее радикально настроенные противники власти на блокирование президентского дворца, расположенного буквально в 200-300 метрах от места его проведения.

Так получилось, что примерно за час до назначенного на 14.00 начала схода я проезжал по улице Лакоба и был поражен, что она с обеих сторон была заставлена припаркованными автомобилями, начиная от Нацбанка почти вплоть до Красного моста. Но когда спустя час по набережной подошел к месту уже начавшегося схода, догадался, что эти, как и припаркованные в других местах, автомобили принадлежат не только участникам митинга, но и сторонникам президента, которые «живым щитом» расположились у комплекса правительственных зданий. Кто-то из них стоял кучками, кто-то сидел на парапете у речки Сухумки и на садовых скамейках парка им. Баграта Шинкуба. Дальше шло метров пятьдесят свободного пространства, этакий «водораздел», а потом уже стояли участники схода. Помост для выступающих возвели на сей раз не под сенью деревьев парка, как это было на сходах в начале прошлого года, а на набережной, почти впритык к знаменитой кофейне «У Акопа».

С помоста гремели выступления, а я решил обойти всех собравшихся по периметру. Судить об их количестве было непросто, так как люди стояли и сидели на садовых скамейках в разных местах парка им. Баграта Шинкуба и прибрежного сквера, и порой было трудно понять: пришли они на сход или просто отдыхают, или совмещают одно с другим. Но людей все прибывало, и часам к четырем было уже около тысяч пяти; так, во всяком случае, мне говорило большинство тех, чье мнение об этом я спрашивал. Это намного больше, чем на сходах более года назад. Те, кто стояли ближе к помосту, внимательно слушали и бурно реагировали на услышанное в выступлениях, например, на сообщение парламентария Даура Аршба о том, кто не возвращает кредиты, взятые у государства, и о счетах на Кипре. Стоявшие подальше предпочитали беседовать между собой, лишь изредка прислушиваясь к словам ораторов.

Число же собравшихся у президентского дворца можно оценить в тысячу-полторы. Время от времени некоторые из них отправлялись послушать ораторов на сход и, вернувшись, с возмущенными лицами пересказывали услышанное своим единомышленникам. Так мне, во всяком случае, рассказывали знакомые, которые курсировали между двумя этими скоплениями людей.

Еще в начале выступлений сход делегировал 16 человек к президенту Александру Анквабу и министру обороны Мирабу Кишмария с предложением прийти к собравшимся. Когда делегаты вернулись, один из них, житель села Члоу Константин Парулуа рассказал, что президент принял их вежливо, но сказал, что члены его команды не рекомендуют ему идти на сход.

Позже, уже в пятом часу вечера, оппозиционеры направились к президентскому дворцу, но не были пропущены в здание сторонниками исполнительной власти. У центрального входа в президентский дворец завязалась потасовка. Группа оппозиционеров попыталась проникнуть в комплекс правительственных зданий через вход в парламент, но была остановлена охраной. Один из лидеров оппозиции Темур Надарая обратился к единомышленникам с призывом не совершать противоправных действий. Вскоре все собрались на площадке перед боковым входом в президентский дворец. Здесь стояли вперемешку как участники схода, скандирующие требование отставки президента, так и сторонники главы государства. С крыльца перед ними выступали председатель партии «ФНЕА» Рауль Хаджимба и Мираб Кишмария.

Переговоры с президентом продолжались, он согласился выйти к участникам схода, но только на месте его проведения, однако оппозиционеры заявили, что не уйдут от стен дворца и будут слушать его здесь. На момент отправки моего репортажа площадка перед этим входом оставалась запружена народом.


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG