Accessibility links

Стремительные события в Абхазии на некоторое время затмили для политически активной грузинской общественности украинскую драму – в отсутствие достоверной информации всеми цветами радуги расцвели версии и умозаключения.

Самое популярное предположение: бунт в Сухуми организован Россией для того, чтобы помешать Грузии подписать соглашение об ассоциации с ЕС. Главный аргумент в пользу этого – «совпало»... 27 июня соглашение будет подписано, и Россия, не имея никаких других аргументов, решила активизировать вопрос гальских грузин. Сигнал понятен: подпишете ассоциацию с Евросоюзом – получите 40 000 новых беженцев.

В теории, конечно, звучит очень заманчиво, но такая теория заговора лично мне не кажется убедительной – то, что «совпало», ну, тут уж ничего не поделаешь. Грузия – страна переходного периода, и здесь всегда что-то происходит: либо выборы, либо подписание чего-то, да мало ли что... Тут даже пальцем невозможно пошевелить так, чтобы не попасть на какую-нибудь ВИП-дату. И потом, если честно, я не верю в то, что гальских грузин начнут депортировать, воспользовавшись неразберихой с паспортами.

То, что в Гали проживает около 40 000 грузин, – это показатель не столько гуманизма абхазской политической элиты, сколько нормальный прагматизм. Гальский район – это место, где абхазы зарабатывают вполне себе приличные деньги. Касается это как собственно местного хозяйства, в первую очередь экспорта орехов, так и неформальных экономических контактов с Грузией. Именно через гальских грузин в Абхазию идет поток контрабандных товаров, против которых все в Абхазии протестуют, но никто ничего поделать не может (или, скорее, не хочет).

Никому в Абхазии не нужно изгнание курицы, несущей если не золотые, то, по крайней мере, хоть какие-то яйца, тем более что гальские грузины – абсолютно аполитичны, не представляют никакой угрозы абхазской элите, ни во что не вмешиваются и думают только о выживании.

При этом в последние несколько лет появилось относительно новое явление: у многих гальских грузин появились партнеры и «крышеватели» из числа абхазских чиновников и силовиков. Могу предположить, что они сделают все возможное, чтобы, «кого надо», никто не тронул.

Могу предположить, что официально гайки будут закручены, условия для местных грузин будут ужесточены, но, в конце концов, коррупцию еще никто не отменял...

Предположение второе: к власти придет более пророссийская сила, которая объявит о присоединении Абхазии к России. Однако и эта версия не слишком убедительна. Настроения в пользу вступления Абхазии в состав РФ практически на нулевом уровне, да и Россия пока никак не проявила никакого желания сделать что-то подобное.

Конечно, никто не знает, что придет в голову российскому руководству, у которого внешняя политика на 90% мотивируется принципом «назло». Поскольку список стран, которым надо утереть нос, включает почти все человечество, кроме Ирана, Северной Кореи и Венесуэлы, то теоретически Кремль может попытаться оформить официально то, что ему принадлежит по факту.

Однако верится в это с трудом...

У меня очень простая версия произошедшего: народ Абхазии действительно взбунтовался по своим сугубо внутренним причинам, а Россия, естественно, воспользовалась этим для того, чтобы убрать упрямого Анкваба. Не то чтобы он реально чем-то не устраивал Россию или по большому счету шел против воли Кремля... Нет, конечно... Но все-таки он был не самый комфортный президент для России – слишком колючий, слишком какой-то чужой… Вокруг столько верных ребят, соответствующих не только прагматичным, но и психологическим запросам Кремля: свои в доску, с понятиями, в общем, правильные чуваки. А тут какой-то, как выразился один мой френд из Facebook, «чугунный Анкваб»...

И вот тут мы подходим к главным последствиям «абхазской весны». Спустя несколько дней после избрания Анкваба президентом я как-то написал на «Эхо» свое видение процесса.

Готов подтвердить это мнение и сейчас: считал тогда и считаю сейчас, что если у кого-то в Абхазии и был шанс на проведение глубоких, фундаментальных реформ, – это у Анкваба. Он один из немногих абхазов, вышедших за рамки узконационального менталитета. Иначе говоря, Анкваб – наименее абхаз из всех абхазов, и в этом его преимущество.

Примерно так, как в Турции единственным человеком, который мог превратить ее из бантустана в современное европейское государство, оказался уроженец Греции, возможно, с еврейскими корнями, Ататюрк, который ломал традиционное турецкое общество через колено. В итоге, сегодня Турция – 15-я экономика мира, а портреты Ататюрка висят на всех углах.

Прекрасно понимаю разницу между Турцией и Абхазией, но принцип – везде один. Иногда лидер нации должен уметь пойти против нее. Если у кого-то и был такой шанс, – то у Анкваба, который, как видно, этим шансом не воспользовался.

Что будет дальше? Если абстрагироваться от высоких материй вроде России, Грузии, Запада и т.д., какие шансы у будущего президента Абхазии сделать то, чего не смог Золотинскович? Каковы шансы, что он сможет сажать в тюрьму за неуплату налогов, распустить все госструктуры, изгнать криминальных авторитетов, сажать отпрысков влиятельных семей на реальные сроки за употребление наркотиков? Есть ли в сегодняшней абхазской элите те, кто на это способен?

Анкваб не сумел это сделать. Он свою войну проиграл. Сможет и, главное, захочет ли кто-то еще ее выиграть? Вопрос на миллионов долларов... И, как всегда, – без ответа.

Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG